Японские и русские атаки в Русско-японскую войну 1904 – 1905 г.г. Часть 5

По страницам редких изданий

Японские и русские атаки в Русско-японскую войну 1904 – 1905 г.г. Часть 5

8 февраля 2021 г.

Рассмотрев специфику боя у Сыквантуня (Японские и русские атаки в Русско-японскую войну 1904 – 1905 гг. Часть 4), И. Шевцов переходит к следующему примеру.

Шахэ-бой у станции жел. дороги.jpg

Шахэ. Бой у станции железной дороги. Н. Самокиш

Атака в горах колонны полковника Станиславова в бою под Бенсиху

6 сентября 1904 года перед наступлением на Шахэ командующий армией в своих тактических наставлениях преподал следующие руководящие основания:

1) На больших дистанциях иметь редкие цепи. Строи сомкнутыe в сфере огня недопустимы.

2) Перебежки производить быстро, частями разной величины, включительно до одиночных людей.

3) Тщательно готовить атаку огнем артиллерии, которой действовать в тесной связи с пехотой.

4) При наступлении, для закрепления пройденного, прибегать к самоокапыванию.

5) Передовым частям, заняв участок позиции противника - держаться до полного уничтожения.

Однако в последующем бою эти указания остались мертвой буквой, и мы всюду встречаем те же виды атак по способу ударной тактики.

Район действий Восточного отряда в боях на Шахэ - представлял дикую горную страну, составлявшую часть высокого Далинского хребта. Северные скаты гор весьма круты, местами обрывисты, очень трудны для эскаладирования, на юг к р. Тайцзыхэ горы подходят более доступными для войск скатами.

26-го сентября левая колонна 3-го Сибирского корпуса в составе 6-й Восточно-Сибирской дивизии и Сводной бригады 4-го Сибирского корпуса подошла к дер. Иогoy и выслала два отряда: полковника Лечицкого (24 п.п. 4 г. ор. 2 к.) к Хоелинскому перевалу и подполковника Горпицкого (2 б. 22 п.) к горе Лаухталаза с целью атаковать левый фланг японцев, завязавший с утра бой с отрядом генерала Ренненкампфа на высотах у Хедигоу.

Гора Лаухталаза господствовала над всей окружающей местностью, выступая грозным бастионом на высоком горном хребте, который шел от Хоелинского перевала к реке Тайцзыхэ, преграждая путь от Фушуна к Бенсиху и в тыл японских армий; она представляла естественный тактический ключ японских позиций. Но еще 26-го сентября японцы не придавали этой сопке надлежащего значения, что видно из следующего факта.

В ночь на 27-е сентября 9-я рота 21-го пех. п. и охотничья команда из отряда Лечицкого, под командой поручика Харченко, с бою заняла г. Лаухталазу. Офицеры выслали в ближайшую часть дозоры, чтобы дать знать о своем успехе. Дозор, посланный в полк, пропал без вести, вероятно упал с кручи и разбился, один дозор нашел ночью нашу роту, но ротный командир ответил, что ему приказано расположиться здесь и без приказа батальонного командира он никуда не пойдет. Послали 3-й дозор - к батальонному командиру. Тем временем японцы производят на нашу горсть смельчаков контратаки. Всю ночь атаки отбиваются. К утру истощаются патроны и энергия. Поддержки нет, общее полное равнодушие, сознание важности захваченного пункта стушевывается, связь между ротой и охотниками распадается; охотники, считая, что их разведка окончена - отходят, рота немного задерживается, но не встречает поддержки, дух бодрости угасает и рота отходит, пользуясь густым туманом.

Тем временем для овладения этой сопкой движется колонна генерала Данилова, бежит батальон подполковника Горпицкого, которому только что сообщили о ночном успехе. Навстречу им попадаются стрелки 24 п., сопка уже занята, туман рассеивается, стрелки встречены с нее ураганным огнем; они добегают до отвесной скалы, забиваются в мертвое пространство и там проводят весь день до ночи в тщетных попытках отдельных смельчаков забраться на сопку.

28-го сентября колонна генерала Данилова ведет атаку для овладения этой позицией, мы теряем свыше 3000 человек без успеха, и энергия левого крыла, действия которого, по плану Куропаткина, должны были нанести решительный удар японцам, была растрачена на воздух.

Для атаки горы Лаухталазы силы отряда генерала Данилова были распределены на три колонны.

Правая - подполковник Горпицкий (3 б.).

Средняя - подполковник Некрасов (2,5 б.)

Левая - полковник Станиславов (4,5 б., Св. бр. 4 Сиб. к.).

Между средней и левой – подразделения Красноярского полка. В приказе по отряду генерал Данилов объявил: «Поворота нет. Дойти до вершины во что бы то ни стало и там разложить 3 костра. Середины нет... Знаменам и начальникам колонн участвовать в победе».

Сибирские полки, участники атаки, прошли уже тяжелую боевую школу, по свидетельству очевидца - дух войск был весьма приподнятый, все верили в будущий успех. Начало атаки было назначено на 12 часов дня.

переход через реку под огнем.jpg

Переход через реку под огнем. Н. Самокиш

С утра наша артиллерия, всего 42 орудия (вместе с артиллерией отряда генерала Ренненкампфа) открыла огонь по японским позициям, поддерживая его все время самым интенсивным образом до полудня. Японская артиллерия упорно молчала до нашей атаки. Наша пехота была расположена за гребнем, параллельным японским позициям, всего предстояло пройти до окопов противника от 1200 до 1800 шагов по местности, сильно обстреливаемой.

В 12 часов дня огонь артиллерии смолк, и наша пехота, развернувшись за гребнем, тронулась в атаку.

Правая колонна, несмотря на большие потери и фланговый огонь японцев, потеряв ранеными начальника колонны и начальника отряда генерала Данилова, все же достигла подошвы японского хребта, цепи залегли, но далее продвинуться не могли.

Средняя колонна пошла по ущелью. Опять собрались стрелки под японскою скалой и опять, как накануне, они не могли ничего сделать. 8 храбрецов вскарабкались вверх, но с вершины японцы скатили обломок скалы и смели их вниз.

Атака левой колонны сибирской пехоты (полковника Станиславова) описывается следующим образом.

Перед атакой людям было приказано снять мешки и шипели и сложить их у резерва. На каждом стрелке было по 245 патронов.

Боевой порядок полковник Станиславов развернул за гребнем, отстоявшим от японцев шагах в 1800. По гребню были рассыпаны цепи Енисейского полка, за правым флангом развернуты роты Красноярского полка, далее опять роты Енисейского полка, словом, с места было допущено перемешивание частей.

К 12 часам дня полковник Станиславов указал направление ротам и разъяснил офицерам задачу колонны. Затем приказал правофланговой роте двинуться вперед в лощину для атаки Лаухталазы, и двум ротам с гребня открыть залповый огонь по японским позициям.

Склон гребня, обращенный к Лаухталазе, спускался в лощину террасками, отделенными одна от другой стенками из камней, однако, не предохраняющими от японского огня. К северу лощина поднималась, и в нее врезался острым углом утес, сыгравший роль первой промежуточной позиции. Далее на северо-восток лощина поднималась, образуя небольшие складки, обрывы, уступы, крутые откосы: везде было изобилие камней.

9 рота енисейцев двинулась бегом всей цепью (в ротах было от 90 до 140 стрелков).

Она с большими потерями добежала до утеса в шагах 500 от гребня и залегла.

Полковник Станиславов выбрасывает тогда, вслед за первой, 10 роту Красноярского полка, стоявшую до этого в 20 шагах за гребнем в развернутом строю. На гребне рота рассыпалась и также с большими потерями достигла утеса.

Затем таким же порядком туда направлены 9 и 11 роты Красноярского полка.

Видя, что при перебежках цепями роты несут большие потери, полковник Станиславов приказал сбегать кучками с гребня и накапливаться за утесом. Японцы в это время открыли сильный ружейный огонь по перебегающим. Их батарея, стоявшая южнее сопки и до сих пор молчавшая, открыла огонь шрапнелью по наступающим ротам. Наши батареи молчали, страх перестрелять своих взял верх над принципом взаимной поддержки. Японцы использовали затишье и безнаказанно расстреливали наши цепи самым губительным огнем, только горная полубатарея поддерживала наступление пехоты, принося большую пользу атакующему.

Между тем за утесом собрались перемешанные роты. Сам полковник Станиславов сбегает с гребня.

«Вперед» - крикнул он, подбежав к утесу. 10 рота Красноярского полка подвигается вперед и залегает на небольшой террасе в 500 шагах от японцев.

9 рота развивает в это время сильный огонь залпами, по мере открытия огня 10 роты - продвигается на ее высоту. Обе роты сильно пострадали (в 10 роте уцелело всего 40 человек).

9 и 11 роты остались без офицеров, и командир батальона ими руководил непосредственно. Эти роты также перебежали и залегли левее 9 роты Енисейского полка.

Мало помалу продвинулись на одну высоту и другие роты. Когда роты оставались без офицеров, пишет поручик Рябинин, то солдаты сами подбадривали себя и кучками от закрытия к закрытию перебегали все ближе к японцам. Сам собою появился одиночный огонь. При перебежках, в виду несовершенства наших сумок, много патронов терялось, пришлось отбирать патроны у раненых и убитых. К 2 часам дня цепи скопились и залегли в 500 шагах от японцев. Левый фланг колонны полковника Станиславова наступал с меньшими потерями. Артиллерийский огонь, влияя морально, был мало действителен, зато ружейный огонь японцев достигал страшного напряжения и был губителен.

В 2 часа дня 2-й батальон Красноярского полка был двинут в атаку. Командир батальона оставляет 7-ю роту на гребне высоты, приказав ей открыть огонь, а три двигает вперед. Эти три роты понесли большие потери от ружейного огни и пулеметов, но все же продвинулись на одну высоту с цепью колонны полковника Станиславова. Вправо под самой сопкой Лаухталазы были стрелки 21-го полка. Таким образом, сопка была охвачена атакующим почти с 3-х сторон, но штурмовать ее не удавалось.

Послан батальон стрелков на поддержку. К 5-ти часам этот батальон продвинулся между левым флангом и остальной частью колонны.

Стало темнеть. К 6 часам совсем стемнело.

На левом фланге собрались наличные начальники. Полковник Станиславов, раненый, или убитый, пропал без вести.

Начальство принял подполковник Иванов. Полковник Писарев, хотя старший в чине, но младший по должности, предоставил это право подполковнику. Очевидно не было назначено заместителя. Этот военный совет обсудил возможность атаки с наступлением темноты. Выяснилось, что роты понесли от 25 до 50% потерь. Кроме того, часть людей расходовалась на вынос раненых. Определилось, что силы колонны слабы для удара. Было послано донесение об убыли и положении колонны, и приступлено к уборке раненых и убитых.

В 11 часов ночи было получено приказание отойти на прежнюю позицию.

Колонна полковника Станиславова понесла потери более 1000 человек, Красноярский полк потерял 50% своего состава.

Лаухталаза осталась в японских руках.

При разборе этой атаки обращает на себя внимание большой подъем духа в наших войсках, обусловливаемый общим переходом в наступление и моральным влиянием боевого генерала Данилова; однако, несмотря на этот подъем, несмотря на то, что атаку вели доблестные сибирские полки, все же нравственные силы атакующего к вечеру настолько были подорваны, что у частных начальников не хватило почина для производства штурма.

Что касается до производства атаки колонны Станиславова, то в ней обращает на себя внимание следующее.

1) Части перемешаны, первоначальный боевой порядок не соответствует ни обстановке, ни тактическим требованиям.

2) Перебежки делаются целыми частями и на большие (500 шагов) дистанции, и лишь громадные потери заставляют перебегать кучками.

3) Офицеры бегут впереди, и все управление сводится к тому, чтобы рота перебежала за своим офицером.

4) Огонь залпами - одиночный явился сам собой.

5) Действие огнем не использовано - ставили задачу дойти до противника, забывая, что необходимо добиться перевеса огня.

6) Артиллерия подготовляла атаку, но во время ее огня японцы прятались по окопам, а во время атаки артиллерия не содействовала вовсе пехоте.

Словом, те же формы, которые встречаем в первой половине кампании.

Тревога.jpg

Тревога. Н. Самокиш

Обращаясь к действиям всего отряда генерала Данилова, необходимо отметить.

Отсутствие тщательной разведки и оценки местности, вследствие чего 26-го сентября сопка, оказавшаяся ключом японской позиции, захвачена нами и брошена в виду отсутствия связи между частями отряда и слабо проявленного личного почина младших начальников.

Наконец все атаки Восточного отряда генерала Штакельберга были лобовыми и не были соединены с глубоким охватом фланга противника – по левому берегу Тайцзыхэ, что, казалось, обещало с пользой отразиться на всем ходе операции.

Насколько японцы, даже в малых отрядах, чутко относилась к обходу и огневому охвату, показывает следующий пример: в бою под Мадзянданем в ночь на 15-е февраля генерал Ренненкампф получил донесение, что японцы заняли перевал Тунсыхолин, обладание которым нарушало связь с отрядом генерала Данилова и грозило сообщениям всего отряда.

Для атаки перевала Ренненкампф направил 1 батальон подполковника Мартюшевского при 2-х орудиях из общего резерва в Мадзяндани на фронте японцев и 1 батальон при 2-х орудиях из войск генерала Экка - у Тюпинтая против левого фланга позиции противника.

Достаточно было перекрестного огня этих 4-х орудий и энергичного наступления наших батальонов, чтобы заставить японцев не только отступить, но в беспорядке очистить перевал, оставив на позициях своих не только убитых, но и раненых.

Продолжение следует

Статья из этой серии

Японские и русские атаки в Русско-японскую войну 1904 – 1905 гг. Часть 4

Японские и русские атаки в Русско-японскую войну 1904 – 1905 гг. Часть 3

Японские и русские атаки в Русско-японскую войну 1904 – 1905 гг. Часть 2

Японские и русские атаки в Русско-японскую войну 1904 – 1905 гг. Часть 1

Автор:

1485

Поделиться:

Вернуться назад