Люблин-Холмская битва 1915 г. Ч. 7. Финальный аккорд

1915

Люблин-Холмская битва 1915 г. Ч. 7. Финальный аккорд

14 декабря 2020 г.

Ранее мы рассмотрели II этап битвы на фронте 3-й армии (Люблин-Холмская битва 1915 г. Ч. 6. Третья армия в кровавом водовороте).

Выполненная задача

На фронте русской 13-й армии, занявшей оборонительные позиции к северу от г. Холм на линии Теосин – Готувка – Лысая Гора, развернулись 3-дневные бои. Русские части достойно отражали атаки противника на позициях за р. Западный Буг. После отхода русских частей на позиции к Савину, установилось временное затишье - противник производил перегруппировку, готовясь к новому наступлению. Германский источник свидетельствует: «Атака Бугской армии не могла быть произведена немедленно, так как она получила приказание развернуться далее на запад для занятия участков обоих правофланговых корпусов 11-й армии - VI австро-венгерского и Гвардейского. Вызванная этим приказом перегруппировка частей заняла несколько дней».

6..jpg

Диспозиция германской Бугской армии на завершающем этапе Люблин-Холмской операции. 18-19 июля 1915. Бои на Западном Буге летом 1915 года. – Пб., 1921.

Упорные бои на фронте русской 3-й армии позволили выиграть драгоценное время.

В ночь на 21-го июля соединения русской 2-й армии, находившиеся в центральной Польше, перешли на правый берег Вислы – на левом берегу остались лишь позиции «на линии бывших фортов Варшавы». И в ночь на 23-е июля части 2-й армии спокойно оставили «Варшавские позиции» и отошли на правый берег, взорвав все мосты.

Задача, поставленная перед Южной группой армий Северо-Западного фронта, была выполнена.

Ген. Алексеев с чинами штаба 1915 г..jpg

М. В. Алексеев с чинами штаба

Теперь от ее армий требовался быстрый отход на рубеж, позволявший вести оборону неопределенно долгое время. С этого рубежа, после получения необходимых резервов и материально-технических средств, сохранив живую силу для дальнейшей борьбы, русские войска смогли бы перейти в наступление.

Некоторые потери и трофеи

Противник понес в Люблин-Холмской операции серьезные потери. Так, германские источники отмечают, что, например, 119-я пехотная дивизия «понесла тяжелые потери». Один из батальонов 58-го пехотного полка дивизии целиком попал в русский плен.

Трофеями русских войск трех армий Южной группы стали до 5 тыс. пленных и 36 орудий.

Так, фрагментарные данные штаба русской 13-й армии позволяют сделать вывод о том, что с 9 по 22 июля ее войсками были захвачены в плен (приводим - Соединение, взявшее пленных: Пленные и период пленения).

2-й Кавказский армейский корпус: германцы (взяты 9-го июля) - 3 офицера и 123 нижних чина 9-го ландверного пехотного полка 35-й резервной дивизии Бескидского корпуса; 1 нижний чин 2-го ландверного пехотного полка и 33 нижних чина 107-го ландверного пехотного полка 35-й резервной дивизии Бескидского корпуса; 1 нижний чин 84-го резервного пехотного полка и 1 нижний чин 168-го пехотного полка 25-й резервной дивизии Бескидского корпуса; 5 нижних чинов из состава 81-го артиллерийского и 1 человек из состава 3-го кавалерийского полков;

германцы (взяты 11 июля) – 7 нижних чинов 83-го пехотного полка;

германцы (взяты 12 июля) – 4 нижних чина 168-го пехотного полка 25-й резервной дивизии Бескидского корпуса;

германцы (взяты с 18 по 21 июля) – 10 человек;

Итого – 189 человек.

5-й Кавказский армейский корпус: германцы (взяты 9 – 21 июля) – 34 человека.

23-й армейский корпус: германцы (взяты 12 – 21 июля) – 9 человек.

29-й армейский корпус: германцы (взяты 12 июля) – 41 человек из состава 41-го пехотного полка 1-й пехотной дивизии, 260-го, 270-го резервных пехотных полков 41-го резервного корпуса.

31-й армейский корпус: 13 – 21 июля: германцы и австрийцы (из состава 267-го, 268-го резервных пехотных, 8-го пехотного, 6-го, 19-го, 29-го гонведных пехотных, 10-го уланского, 6-го гусарского, 4-го драгунского полков) – 43 человека.

4-й Конный корпус: 1 человек (21 июля).

Итого: 317 человек.

0_Страница_194.jpg

Русские войска также понесли тяжелые потери. Учитывая хронический некомплект в соединениях 3-й и 13-й армий, они были особенно тягостны для оперативных объединений. Так, численность 13-й армии (без 5-го Кавказского армейского корпуса) к концу Люблин-Холмского сражения выглядела следующим образом (численность соединений 13-й армии на 19-е июля (без технических подразделений)).

2-й Кавказский армейский корпус: Кавказская гренадерская дивизия (12 батальонов) – 97 офицеров, 7998 штыков, 20 пулеметов, 36 орудий; 51-я пехотная дивизия (8 батальонов) – 75 офицеров, 4582 штыка, 15 пулеметов, 18 орудий; корпусная конница (6 сотен) – 31 офицер и 746 шашек; корпусная артиллерия – 12 легких гаубиц (в т. ч. 5 неисправных), 7 - 152-мм и 4 – 107-мм орудий.

23-й армейский корпус: 3-я гвардейская пехотная дивизия (11 батальонов) – 112 офицеров, 9183 штыка, 11 пулеметов, 33 полевых пушки и 12 гаубиц; 20-я пехотная дивизия (9,5 батальонов) – 115 офицеров, 4838 штыков, 12 пулеметов, 22 орудия; 38-й донской казачий полк (6 сотен) – 18 офицеров и 620 шашек; 28-я донская отдельная конвойная сотня – 2 офицера и 148 шашек.

29-й армейский корпус: 45-я пехотная дивизия (6 батальонов) – 89 офицеров, 2779 штыков, 21 пулемет, 33 орудия; 77-я пехотная дивизия (до 5 батальонов) – 71 офицер, 4347 штыков, 18 пулеметов, 29 орудий; 81-я пехотная дивизия (7 батальонов) – 65 офицеров, 3091 штык, 8 пулеметов, 24 орудия; 2-й дивизион 1-й сибирской тяжелой артиллерийской бригады – 6 тяжелых гаубиц; корпусная конница (3 сотни 43-го донского казачьего полка и 1-я оренбургская казачья сотня) – 11 офицеров и 346 шашек.

31-й армейский корпус: 75-я пехотная дивизия (16 батальонов) – 142 офицера, 12785 штыков, 30 пулеметов (в т. ч. 3 австрийских), полевых орудий (неразборчиво), 6 – 122-мм гаубиц; 83-я пехотная дивизия (16 батальонов) – 128 офицеров, 1297 штыков, 32 пулемета, 36 полевых орудий и 5 – 122-мм гаубиц; корпусная артиллерия: 9-й отдельный тяжелый дивизион – 12 – 152 мм гаубиц; 4 – 122-мм гаубицы; 7-й оренбургский казачий полк (6 сотен) – 20 офицеров и 693 шашки.

4-й Конный корпус: 2-я гвардейская кавалерийская дивизия (24 эскадрона) – 156 офицеров, 3077 шашек, 8 пулеметов, орудий (поврежден текст); 3-я кавалерийская дивизия (24 эскадрона) – 99 офицеров, 2611 шашек, 9 пулеметов, 10 орудий; 16-я кавалерийская дивизия (24 пулемета) – 98 офицеров, 2453 шашки, 8 пулеметов, 6 орудий;

56-я пехотная дивизия (8 батальонов) – 98 офицеров, штыков (неразборчиво), 26 пулеметов, 28 орудий.

Соответственно, численность 5 корпусов равнялась лишь 63 тыс. человек или 30% от штатной численности данной группировки по нормам мирного времени.

Итоги важной битвы

Люблин-Холмское сражение показательно удивительной стойкостью русских войск. Неустойка в 2-х полках 2-го Сибирского армейского корпуса 16-го июля на общем фоне выглядит как исключение. В период 16 – 20 июля русские армии Южной группы пережили 4 серьезных прорыва своего фронта, но смогли преодолеть кризис и консолидировать оборону на новых позициях. Необходимо отметить, что серия больших и малых прорывов противника в условиях неподвижной обороны русских войск – явление неизбежное. Владеющий инициативой и обладающий огневым превосходством противник в условиях маневренной войны диктовал русским войскам условия, в которых они были вынуждены принимать бой. Контрманевр и маневр – вот главные средства борьбы с прорывами противника. Но в условиях растянутой обороны возможность применения этих средств русскими войсками была существенно снижена. Маневроспособность русских частей и соединений была подорвана такими обстоятельствами, как слабый численный состав и хронический недостаток боеприпасов.

Фронтовик вспоминал: «Июль месяц 1915 г. был, пожалуй, наиболее тяжелым и трудным для отходивших: недостаток артиллерийских снарядов сказывался особенно остро, и вследствие этого наша артиллерия могла вести свой огонь с особого каждый раз разрешения начальника дивизии. При таких условиях во всех боях этого периода приходилось отсиживаться и отбиваться только ружейным и пулеметным огнем, в то время как немцы по-прежнему не стеснялись в расходе снарядов не только легкой, но и тяжелой артиллерии. Это давало им огромные преимущества, позволявшие действовать дерзко в полном расчете на свой успех, под прикрытием и давлением огня своей артиллерии. Однако такое дерзостное настроение не всегда, впрочем, оправдывалось и нередко разбивалось о не менее дерзостную упругость и устойчивость, которую в то время мы вполне сохраняли».

0_Страница_10.jpg

Д. И. Ходнев писал: «Бывали дни, когда на участке полка батареи могли выпускать лишь по десяти - пятнадцати снарядов на пушку! И это в то время, когда германцы и австрийцы развивали ураганный огонь. С беззаветной храбростью, с утра до вечера отбивал полк многочисленные атаки сильнейшего врага; а ночью, утомленный и обессиленный, вместо отдыха отходил на следующие позиции, чтобы с рассветом снова задерживать движение противника и не допускать вторжение его вглубь родной страны. Это было лето 1915 года. Лето, которое никогда не забудется теми, кто пережил его на полях сражения! Сколько мужества и доблести проявили в это лето офицеры и солдаты, сколько геройских подвигов было совершено ими за это время и какие потоки крови пролились при защите каждого клочка Русской земли!».

0_Страница_14.jpg

Главным для русских войск в сложившихся оперативно-тактических условиях было – снизить темп наступления противника. Именно поэтому русские части практиковали отход «перекатами» - упорная оборона днем и ночной марш на новые позиции. Такая тактика позволяла противодействовать как прорывам противника, неизбежным вследствие нахождения инициативы в его руках, так и возможным тактическим окружениям. С другой стороны, такая тактика негативно отражалась на боевом и моральном состоянии русских частей. Участник боев вспоминал: «Если даже днем не было боя, то все же к ночи мы получали приказание отойти. После ночного перехода, придя на новую позицию, приходилось тотчас же приниматься за укрепление ее и т. д.; и так изо дня в день. Все это чрезвычайно утомляло людей и физически и морально, так как обидно было, без всякой видимой причины, бросать все сделанные работы, чтобы на новом месте начинать все сначала».

Особенно болезненно реагировали на это солдаты и офицеры успешных соединений - например, Гвардейского корпуса. Вплоть до 16-го июля Гвардейский корпус удерживал свои позиции, отбив все атаки германской гвардии. И лишь 16-го июля, из-за прорыва фронта соседнего 2-го Сибирского армейского корпуса, германцы вышли в тыл Гвардейскому корпусу, которому пришлось отойти, а 19-го июля отступление соединения продолжилось. Так, фронтовик писал: «Все эти /и последующие/ отходы происходили не под давлением противника, а для выравнивания фронта, ввиду общего отступления».

0_Страница_36.jpg

Вместе с тем, и тактические действия германских войск зачастую (особенно в плане активности и инициативы) оставляли желать лучшего. Об этом свидетельствуют как темпы и др. параметры наступательных операций противника, так и воспоминания очевидцев. Офицер лейб-гвардии Драгунского полка так воспроизводил эпизод боя на участке 20-й пехотной дивизии: «Немцы стали показываться из березняка. Но как-то не дружно, не сразу высыпались, а раньше высунулись против левого фланга и только потом, несколько спустя, по всей опушке. Чувствовалось, что они абсолютно не понимают, что бьют в обнаженный фланг, так как и атака была какая-то нерешительная, нажали и тотчас же, встреченные дружным огнем, скрылись… в березняке мы наткнулись на большое количество раненых и убитых. Преобладали немцы…».

Ген-полковник Август фон Макензен, командующий 11-й германской армией.jpg

А. фон Макензен

В стратегическом плане Люблин-Холмское сражение знаменательно тем, что южная «клешня» «Летних стратегических Канн» противника была остановлена. Замысел неприятеля устроить стратегический «котел» для русских войск в Польше провалился. И Люблин-Холмское сражение явилось важнейшей оборонительной операцией русских войск, способствовавшей крушению австро-германского плана кампании 1915 г. - вывести Россию из войны.

Источники

РГВИА. Ф. 3352. Оп.1. Д. 56; РГВИА. Ф. 2279. Оп. 1. Д. 222; РГВИА. Ф. 2157. Оп. 1. Д. 116; РГВИА. Ф. 2157. Оп. 2. Д. 33; РГВИА. Ф. 2007. Оп. 1. Д. 35. Ч. 1; РГВИА. Ф. 2007. Оп.1. Д. 38. Ч. 2; РГВИА. Ф. 2007. Оп. 1. Д. 42. Ч. 5; РГВИА. Ф. 2007. Оп. 1. Д. 52. Ч. 2; РГВИА. Ф. 2007. Оп. 1. Д. 54. Ч. 2; Журнал боевых действий 2-й гвардейской пехотной дивизии 1915 г. - Париж, б. г.; Год войны с 19 июля 1914 г. по 19 июля 1915 г. Высочайшие манифесты. - Воззвания Верховного Главнокомандующего. – Донесения: от Штаба Верховного Главнокомандующего, от Штаба Главнокомандующего Кавказской армией, от Морского Штаба. - М., 1915; Летопись войны. - 1915. - № 48, 49, 50; Бои на Западном Буге летом 1915 года. Обработано по официальным данным германского Генерального штаба в 1917 году капитаном Пэльман. – Пб.: Государственное издательство, 1921; Бои Бугской армии. Выдержки. Перевел Артамонов В. А. // Вестник Волынца. – Белград. – 1932. - № 8 - 9; Der Grosse Krieg. Die Kampfe der Bugarmee. - Oldenburg, 1918; Österreich-Ungarns Letzter Krieg 1914 - 1918. Band II. - Wien, 1931; Reichsarchiv. Der Weltkrieg 1914 – 1918. Вand 8. Sommer und Herbst 1915. - Berlin, 1932; Торнау С. А. С родным полком (1914 - 1917 г.г.). - Берлин, 1923; Фалькенгайн Э. фон. Верховное командование 1914 - 1916 в его важнейших решениях. - М.: Высший военный редакционный совет, 1923; Гофман М. Война упущенных возможностей. - М. - Л.: Государственное издательство, 1925; Мухля М. Три дня с 20-й пехотной дивизией / Лейб-драгуны дома и на войне. Вып. 3. – Париж, 1930; Верцинский Э. А. Из мировой войны. Боевые записи и воспоминания командира полка и офицера Генерального Штаба за 1914 - 1917 годы. – Таллин-Ревель, 1931; Моллер А. Бой 4 батальона полка под дер. Кулик // Финляндец. – 1932. - № 16; 1933. - № 17; Боевой и мирный календарь измайловцев с июня 1915 г. по июнь 1916 г. // Измайловская старина. – 1932. - Тетрадь 7; Генерал Кушакевич. Отход из Галиции. Часть 2 // Вестник Волынца. – 1932. - № 8 – 9; Ходнев Д. Лейб-гвардии Финляндский полк в Великой и Гражданской войне 1914 - 1920. - Белград, 1932; Из цикла боевых воспоминаний Б. В. Фомина // Измайловская старина. – 1934. - Тетрадь 20; Моллер А. Бой под дер. Верещин // Финляндец. – 1934. - № 19; Геруа Б. Исправления к «боевому и мирному календарю измайловцев» июнь - июль – начало августа 1915 г. // Измайловская старина. – 1935. - Тетрадь 23; Лескинен Г. И. Дневник боевой и походной жизни измайловцев за 1915 и 1916 годы // Измайловская старина. – 1935. - Тетрадь 23; Барон П. Клодт. Личные воспоминания (продолжение). Холмская операция // Финляндец. – 1935. - № 22; Веверн Б. В. 6-я батарея. 1914 - 1917 гг. Повесть о времени великого служения Родине. Т. 2. - Париж, 1938; Геруа Б. В. Воспоминания из моей жизни. Т. 2. - Париж, 1970; Из записной книжки Начальника штаба 14 армейского корпуса // Военная быль. – 1972. - № 114; Людендорф Э. фон. Мои воспоминания о войне 1914 - 1918 гг. - М. - Мн.: Аст-Харвест, 2005; Краснов П. Н. Воспоминания о русской императорской армии. – М., 2006; Попов К. С. Воспоминания Кавказского гренадера 1914 - 1920. - М., 2007.

Некоторая литература

Состав германских мобилизованных полевых корпусов, кавалерийских дивизий и резервных корпусов (по сведениям к 1 марта 1915 г.). Сост. Генерального штаба полковник Скалон. - Типография Штаба Верховного главнокомандующего, 1915; Состав германской армии по сведениям к 1 мая 1915 г. Сост. Генерального Штаба капитан Б. А. Дуров. - Варшава, 1915; Боевое расписание австро-венгерской армии. Составлено по данным, имевшимся в Разведывательном Отделении Штаба Главнокомандующего армиями Юго-Западного фронта к 25 мая 1915. - Б. м., 1915; Великая война. 1915 год. Очерк главнейших операций. Русский Западный фронт. - Пг., 1916; В. К. Оборона р. Вислы в районе Рычивол-Козенице 16-22 июля 1915 г. // Военное дело. – 1918. - № 16, 17, 18; Стратегический очерк войны 1914 - 1918 гг. Ч. 4. Сост. А. Незнамов. - М., 1922; Андоленко С. Лейб-гвардии Преображенский полк в Великую войну. - Б. г., б. м.; Риттер Х. Критика мировой войны. - Пг.: Военное издательство Петроградского военного округа, 1923; Данилов Ю. Н. Россия в мировой войне 1914 - 1915 гг. – Берлин: «Слово», 1924; Корольков Г. К. Несбывшиеся Канны. - М.: Государственное военное издательство, 1926; Попов К. Храм славы. Ч. 1. – Париж, 1931; Великая война 1914 – 1917 года // Финляндец. – 1931. - № 14; Семеновский бюллетень от 23 мая – 5 июня 1933; Глинский В. П., Есаулов А. А. Боевая летопись лейб-гвардии 3-го Стрелкового Его Величества полка 19 июля 1914 г. – 2 марта 1917 г. – Париж, 1935; Лейб-Эриванцы в Великой войне. Материалы для истории полка в обработке полковой исторической комиссии. Под редакцией К. Попова. – Париж, 1959; Рубец И. Ф. Конные атаки Российской Императорской Кавалерии в Первую мировую войну – 1915 год // Военная быль. - 1965 - № 76; 1775 – 1975. Краткая история Лейб-гвардии Гусарского Его Величества полка. - Б. г., б. м.; Керсновский А. А. История Русской Армии. ТТ. 3-4. - М.: «Голос», 1994; Кручинин А. М. Российский полк с финским именем. Очерки истории Оровайского полка (1811-1920). - Екатеринбург, 2000; Генерал-майор Сергей Андоленко. Преображенцы в Великую и Гражданскую войны 1914 – 1920 годы / сост. Тизенгаузен А. А., Патрикеев С. Б. – Спб., 2010; Карпеев В. И. Конница: дивизии, бригады, корпуса. Соединения русской армии. 1810-1917. - М.: «Рейтар», 2012; Histories of Two Hundred and Fifty-One Divisions of the German Army which Participated in the War (1914-1918). – Washington, 1920.

Статьи из этой серии

Люблин-Холмская битва 1915 г. Ч. 6. Третья армия в кровавом водовороте

Люблин-Холмская битва 1915 г. Ч. 5. Под ударом - 13-я армия

Люблин-Холмская битва 1915 г. Ч. 4. Роковой прорыв

Люблин-Холмская битва 1915 г. Ч. 3. Кровавая чаша весов

Люблин-Холмская битва 1915 г. Ч. 2. Борьба за инициативу

Люблин-Холмская битва 1915 г. Ч. 1. Три стратегических направления

Автор:

1454

Поделиться:

Вернуться назад