Текинский конный полк в Первой мировой войне

Русская армия

Текинский конный полк в Первой мировой войне

7 января 2022 г.

Введение

В 1881 г. под натиском русских войск пала крепость Геог-тепе – и Туркестан был включен в состав Российской империи.

Но, видя бесполезность и бесперспективность сопротивления, текинцы, одно из крупнейших туркменских племен, уже в 1875 г. послали русскому командованию заявление, в котором говорилось, что их земли неоднократно пытались присоединить Хива, Бухара, Курдистан, Персия - но это им не удавалось. Единственный выход из этой бесконечной вереницы войн - получить подданство России и покровительство «белого царя». Текинцы заявляли, что всегда готовы верой и правдой служить ему - и в случае необходимости, по первому слову белого царя, выставить несколько тысяч отборных всадников и с радостью пойти воевать туда, куда он скажет. Военными услугами текинцев когда-то охотно пользовались Чингисхан, Надир-шах, настал черед и российского императора.

Для формирования войсковых частей туркмены представляли собой высококачественный боевой материал. Они были прирожденными воинами, и как воины имели два ценнейших качества - великолепное знание местности, где они росли и жили, и умение приспосабливаться к горам и холоду, так как ареной их набегов были горные районы Персии и Афганистана.

Добровольческий Туркменский конный дивизион (Туркменский, впоследствии Текинский конный полк) стал одной из наиболее боеспособных и отборных частей русской армии. Под руководством русских офицеров текинцы совершали чудеса храбрости и отличились во многих боях первой войны, в которой довелось участвовать полку, ставшей в то же время и последней войной Российской империи – войны Первой мировой.

Текинский конный полк – элитная кавалерийская часть русской армии

Коренное население Туркестана на русской военной службе 1874 – 1917 г.г.

С момента присоединения к России киргиз - кайсацкой Малой Орды, ни одна среднеазиатская экспедиция русских войск не предпринималась без участия «кочевых киргиз». Они привлекались в качестве проводников, разведчиков, для доставки почты. Русские оценивали их как лихих наездников и отличных разведчиков. Воспитанные в безбрежных степях, зоркие, быстро ориентирующиеся на любой местности даже ночью, по звездам, как проводники и разведчики кочевники были незаменимы.

Поэтому с введением в 1874 г. всеобщей воинской повинности встал вопрос о привлечении кочевников на военную службу. Проекты положения о прохождении службы предложено было разработать на местах, где для этой цели были созданы соответствующие комитеты. Но начальники округов, за исключением генерал-губернатора Западно-Сибирского округа, отнеслись к этому мероприятию отрицательно - вследствие чего вопрос был снят с обсуждения. Но т. к. личные качества природных кавалеристов бросались в глаза каждому русскому военному, вопрос о привлечении их к военной службе регулярно поднимался вновь и вновь - в 1883-85, 1895, 1900 и 1909 г.г., но вплоть до 1917 г. положительного решения так и не было принято.

В 1895 г. инициатива об учреждении так называемых туземных милиционных частей в Туркестане исходила от Главного управления казачьих войск. Было запрошено мнение командующих войсками в регионах. В Фергане, для проработки этого вопроса, была создана комиссия, предоставившая очень интересное заключение. Не отрицая за туземным населением положительных качеств в качестве боевого элемента (в частности отмечались такие факты как отличная езда, хорошие лошади, а также то, что седла, сбруя и весь конский убор находились у них в постоянной исправности) комиссия восклицала: «Следует ли возбуждать воинский инстинкт в мирном туземном населении русского Туркестана? Не лучше ли усыпить этот инстинкт даже у киргизского населения, доказавшего уже свою способность в стремлении к самостоятельности под предводительством таких энергичных личностей, какими выказали себя киргизские батыри Кенисара... Тайна наших побед заключается не столько в нашем тактическом превосходстве перед нестройными полчищами и в хорошем вооружении, сколько в единодушии... Если мы будем снабжать степное население хорошо подготовленными к военному делу инструкторами, усвоившими сознательно эту тайну, то кто может поручиться в том, что из числа этих инструкторов не появится со временем какой-нибудь способный организатор, который может вызвать искру самосознания в кочевом народе. Тогда возникнут такие волнения в глубине Азии, которые отразятся весьма неблагоприятно на культурной жизни человечества...» (Кувшинов В. Опыт привлечения на военную службу коренного населения Туркестана // Военная мысль и революция. – 1923. – Книга 6. С. 99.).

От командующих войсками других областей, за исключением самаркандского, поступили примерно такие же ответы. Естественно, что голос из Самарканда о желательности формирования туземных частей оказался гласом в пустыне.

Высказанный ферганской комиссией взгляд продолжал господствовать и в последующее время.

Исключение из общего правила представляли туркменские племена Туркестана.

О том, что в какой-то степени правительство было право, свидетельствует опыт 1916 г. В этом году, вследствие больших потерь, понесенных на фронтах Первой мировой войны и в связи с переходом к позиционной войне, правительство решило призвать для оборонительных тыловых работ все мужское население Туркестана в возрасте от 19 лет до 31 года.

Распоряжение о призыве последовало 28-го июня, а уже 9-го июля на этой почве возникли беспорядки в г.г. Андижане и Коканде, 11-го июля в г. Ташкенте и 13-го июля в Самаркандской области, где они вылились в вооруженное сопротивление.

6-го августа восстают киргизы Семиреченской области (Джетысу), где восстание имело наиболее организованный и длительный характер, а в середине августа восстали туркмены-иомуды (в западной части Туркмении).

Восстание было подавлено, и к 1 февраля 1917 г. на фронты было отправлено 110000 рабочих и свыше 10000 человек было оставлено внутри Туркестана для выполнения оборонных работ. К маю 1917 г. предполагалось собрать еще до 80000 человек.

Туркестанский генерал-губернатор генерал от инфантерии А. Н. Куропаткин, сообщая о причинах восстания, указывал на следующие обстоятельства:

1) спешность призыва, без предварительной подготовки населения; 2) отсутствие учета населения; 3) призыв пришелся на период активных работ по сбору урожая; 4) враждебная агитация на политической почве и 5) неудовлетворительность Положения об управлении Туркестанским краем.

Кроме общих причин А. Н. Куропаткин выделял и причины недовольства своим экономико-социальным положением тех или иных групп коренного населения Туркестана. Он отмечал что: 1) Развитие хлопководства вызвало прилив в регион громадных денежных сумм, вследствие чего одновременно с обеднением мелких землевладельцев появилась небольшая группа очень богатых людей из числа представителей местного населения; 2) Быстро развившееся машинное капиталистическое производство сделало труд мелких землевладельцев малорентабельным – соответственно, появились задолженность и потеря земельных участков прежними собственниками. В итоге происходила скупка земель декхан богатыми местными евреями, вследствие чего увеличивается количество безземельных; 3) За долги у местных жителей зачастую продавалось все без исключения земельное имущество и рабочий инвентарь. 4) Судьи (казии) и волостные старшины во многих случаях встали на сторону богачей и с явным пристрастием решали дела в их пользу; 5) Среди всех народностей, населяющих Туркестан, киргизское население (до 2 млн. 615 тыс. чел.) относительно пользования землей являлось наиболее бесправным – т. к. по закону, земли, при кочевом образе жизни обеспечивающие существование киргизского населения, признаются государственной собственностью, а их излишки поступают в распоряжение казны. Причем свободное толкование вопроса о размере этих излишков привело к тому, что местное киргизское население лишилось огромных земельных площадей, которые ему были жизненно необходимы. Они пошли для создания русских селений, казенных лесных дач и скотоводческих участков. Но и землей, которая осталась у киргизского населения, местные жители не могли должным образом распоряжаться – местная земельная стража, плохо контролируемая и слабо финансируемая, была бичом населения. 6) Непосредственно туркменское население в большей степени, чем другие народности края, было довольно своим земельным положением, местной администрацией и народным судом. Наибольшую тревогу среди туркменского населения вызывал водный вопрос.

Как отмечал А. Н. Куропаткин, с 1912 г. среди туркмен, особенно в Мервском уезде, возникла распря из-за неумелой, а иногда и преступной деятельности агентов низшего ранга местного охранного отделения - ведь неосторожный набор охранных агентов «даже среди невежественных туркмен» дал им опасную и вредную власть. На почве политической неблагонадежности сводились личные счеты, брались взятки, причем тех кто их не давал, заключали в тюрьму - по сфабрикованным доносам о политической неблагонадежности.

Крайне характерно было то, что именно туркмены Теке (текинцы), из которых комплектовался Текинский конный полк, остались спокойны. Они лишь заявили, что работа с кетменем и киркой недостойна храбрых людей, которые должны быть воинами. После того как туркменам было объявлено, что выставляемые ими люди будут заниматься лишь охранной и сторожевой службой, они беспрекословно выставили требуемое количество людей.

Льготы имели только родственники всадников Текинского конного полка - за одного всадника освобождались от наряда на тыловые работы по 3 его ближайших родственника по мужской линии - из числа сыновей, братьев и племянников.

Но опыт массового призыва (мобилизации), причем даже на тыловые работы, коренного населения Туркестана был неудачен.

Текинский конный полк – формирование и боевой состав

Текинцы (или теке - в буквальном переводе «горные козлы») являлись одной из крупнейших туркменских племенных общностей. Исторический ареал расселения текинцев – центр и юг Туркмении. В современную Туркмению текинцы пришли с Мангышлака, расселившись в предгорьях Копетдага, в оазисах Ахал-Теке и Мерв, куда их привел полулегендарный вождь Кеймир-Кер. Показательно и то обстоятельство, что часть текинцев занималась традиционным для тюркских племен кочевым скотоводством, в то время как другая часть практиковала земледелие, которое, по всей видимости, было воспринято у ассимилированного ими коренного ираноязычного населения в прегорьях и долинах рек. Соответственно текинцы издревле делились на чавдаров (човдуров) – скотоводов-кочевников и чомуров - земледельцев. Зачастую разделение труда практиковалось даже среди близких родственников: одни выпасали скот, а другие обрабатывали землю, осенью обмениваясь продуктами своего труда. Будучи постоянно окружены враждебными племенами и народами, текинцы были крайне воинственны. Среди интересных особенностей этого племени можно отметить то обстоятельство, что они были очень заботливы и внимательны по отношению к лошадям. Ими культивировалась и особая местная порода лошадей - ахалтекинская, которой они очень гордились и дорожили. В отличие от иных кочевых тюркских народов (киргизов и казахов) текинцы не ели конину принципиально, предпочитая баранину.

Еще в 1881 г., после завоевания Ахал-Теке, генерал от инфантерии М. Д. Скобелев сформировал из туркмен отряд Ахал-Текинской конной милиции численностью 300 всадников. Расчет М. Д. Скобелева был чрезвычайно прост - службой в милиции он хотел занять наиболее беспокойный элемент из только что покоренного племени и этим избавиться от опасности восстания.

В 1885 г. Туркменская конная милиция была узаконена (старшинство – с 24 февраля 1885 г.), а 7 ноября 1892 г. переформирована в 2-сотенный Туркменский конно-иррегулярный (с 30 января 1911 г. Конный) дивизион.

19.JPG

Формы чинов дивизиона. Шенк В. К. Таблицы форм обмундирования Русской армии. Спб., 1910. Халат с преобладающим малиновато-красным тоном; вместо черкески, у офицеров - такой же халат, как у нижних чинов, но обшитый серебряным галуном, а на рукавах халата - галуны по особому рисунку. Шифр на эполетах - рубчатый накладной. Кушак и шаровары у офицеров - красные. Папаха у офицеров такая же, как у нижних чинов. Фуражка - с желтой тульей (и дном) с темно-зеленым околышем и такой же выпушкой на тулье. Масть коней - светло-серые и рыжие.

В соответствии с Положением дивизион был сформирован «для охраны внутреннего порядка в Закаспийской области и других служебных надобностей».

Дивизион комплектовался из охотников (т. е. добровольцев) туркмен Закаспийской области и (но не более 5% штатного состава) из «кавказских азиатцев-охотников, знающих русский язык и служивших в регулярных и милиционных частях». Последние служили, главным образом, в качестве переводчиков.

Возраст охотников - от 19-ти до 30-ти лет. Они давали обязательство прослужить не менее 2-х лет. Всадники получали 300 руб. жалования в год и должны были иметь собственных хороших лошадей, исправное обмундирование, холодное оружие и седло с конским прибором. На эту же сумму всадник содержал себя и своего коня.

Документ отмечал, что желающие поступают в дивизион «… по добровольному желанию… выделяется каждому всаднику от казны … один кавалерийский карабин и в месяц 25 рублей. На эти деньги он должен содержать лошадь и себя ... И надо отдать … справедливость джигитам Туркменского конно-иррегулярного дивизиона, что они в своих национальных барашковых папахах … халатах с погонами с изображением на них букв «Т», опоясанные ремнями … к которым прицеплены кривые туркменские шашки и с винтовками … за плечами, представляют из себя типы … лихих наездников и рубак…» (Гундогдыев О., Аннаоразов Дж. Слава и трагедия. Судьба Текинского конного полка (1914-1918). Ашгабат, 1992. С. 15.).

Всадники могли быть произведены в прапорщики милиции, но не ранее как после 6-летней службы в дивизионе.

Из числа отслуживших в дивизионе обычно комплектовались правоохранительные службы региона – бывшие конники становились полицейскими агентами, переводчиками и т. п.

1..jpg

Туркменские милиционеры

Служба дивизиона до Первой мировой войны была весьма разнообразна. Помимо почтовой службы и службы на пограничных постах, от дивизиона выделялись различные конвои и назначались негласные разведчики в сопредельные страны. Так, в 1890 г. всадники Туркменского конного дивизиона привлекались к разведке афганской границы.

Почти с самого начала существования дивизиона возник вопрос и о развертывании его в полк. В 1897 г. этот вопрос был принципиально решен в положительном смысле. Но вследствие отсутствия средств, а затем из-за начала Русско-японской войны и последовавшей за ней революции развертывание дивизиона затянулось.

29 июля 1914 г., с началом Первой мировой войны, дивизион был развернут в Туркменский конный полк четырехэскадронного состава.

Полк (расквартирован в г. Каши близ Асхабада) был прикомандирован к Закаспийской казачьей бригаде (штаб бригады – г. Асхабад), входившей в состав 2-го Туркестанского армейского корпуса (Краткое расписание сухопутных войск. Исправленное по сведениям к 1 января 1914 г. Спб., 1914. С. 124.) Туркестанского военного округа (командир полковник С. И. Дроздовский).

Но когда в октябре 1914 г. бригада выступила на Кавказский фронт, Туркменского конного полка уже не было в ее составе – он оказался на австро-германском фронте, действуя в качестве войсковой (корпусной) конницы, а также входя в кавалерийские соединения. В частности, временно он оказался в оперативном подчинении Кавказской туземной конной дивизии.

Для пополнения полка в августе 1915 г. в Каши был сформирован и отправлен на фронт маршевый взвод.

31 марта 1916 г., учитывая тот факт, что Туркменский конный полк в основном состоял из текинцев Мерва и Ахала, он был Высочайшим приказом переименован в Текинский конный полк.

Полк являлся элитной частью русской армии – по составу он был добровольческим и в значительной мере был сформирован за счет средств местного туркменского населения: «… туркмены Тедженского, Мервского и Асхабадского уездов поставили отличных текинских коней и снарядили всадников … на сумму 60 тысяч рублей, что дало возможность выступить … в отличном виде… Его императорскому Величеству Государю императору благоугодно было собственноручно начертать: «Сердечно благодарю туркмен»» (Гундогдыев О., Аннаоразов Дж. Указ. соч. С. 17.).

Туркмены помогали своему полку и в годы Первой мировой войны. Так, на приобретение лошадей для Текинского конного полка асхабадскими горожанами было пожертвовано 400 рублей, жителями аула Геокдепе - 50 рублей, Гыпчак - 75 руб., Геокча -75 руб., Безмеин - 63 руб. 79 коп. и т. д. На фронт шли подарки и поздравления.

На родине о семьях текинцев заботились уездные комитеты. Особо нуждающимся выдавали пособия из благотворительных сумм. Всем без исключения разрешалось бесплатно пользоваться дровами из казенных дач. Кроме того, из рядов Действующей армии, из получаемого жалованья, джигиты посылали родным по 50, 60 и более рублей - по тем временам довольно значительные суммы.

Несмотря на необычные для туркмен условия местности (из Туркестана полк был переброшен в болота полосы, пограничной с Восточной Пруссией), он зарекомендовал себя как высоко боеспособная часть.

Уже в 1891 г. начальник Закаспийской области генерал-лейтенант А. Н. Куропаткин отметил в своем приказе аккуратных, подтянутых джигитов, некоторые из которых имели Георгиевские кресты.

А востоковед Д. Н. Логофет отмечал, что Туркменский конный дивизион является хорошей воинской частью, имеющей отличных коней, а туркмены как воины представляют собой превосходный материал для комплектования русской конницы, и как по своему характеру, так и веками усвоенным боевым традициям эта народность была особенно желательна в рядах русской армии. Он писал, что текинцы - это вольное казачество Закаспийских степей.

Советский военный историк А. И. Литвинов писал: «К числу безусловно лучших частей надо отнести находившийся в составе армии и жаждавший боевых подвигов Текинский конный полк - краса и гордость Мервского оазиса» (Литвинов А. И. Майский прорыв IX армии в 1916 году. Пг., 1923. С. 64.).

2..jpg

Текинцы

П. Н. Краснов следующим образом охарактеризовал бойцов Туркменского конного дивизиона: «Дивизион был особенный, и служба в нем была особенная. Весь на прекрасных, злых жеребцах - их на коновязи нельзя было держать, так они дрались между собою - с природными наездниками-всадниками, со множеством рыцарских, деликатных восточных обычаев и традиций - это была лихая, красивая, пестрая, конная часть, ни с кем не сравнимая и, конечно, совсем не регулярная. Рубили так, как никто на свете не умел рубить. На веревке подвешивали арбуз и на скаку кривым клычом рубили его ломтями. Рубили живого барана начисто пополам. … Казачья прямая шашка не годилась, казалось, для такой рубки. Потом нашлись и у Сибиряков молодцы, что рубили арбуз и баранью тушу в шерсти, несмотря на прямизну клинка» (Краснов П. Н. Воспоминания о русской императорской армии. М., 2006. С. 235.).

Об элитном характере полка свидетельствует и тот факт, что за годы войны из 627 всадников георгиевскими кавалерами стали 67 человек (в том числе 2 - обладатели полного георгиевского банта) и свыше 70 человек – кавалерами других боевых наград.

Так, на февраль 1915 г. Георгиевскими крестами были награждены текинцы-уроженцы следующих аулов:

Аул Гыпчак - Данатар Артык-оглы (кроме георгиевских крестов имел медаль «За храбрость»), Довлет Молла-оглы, Агабай Атабай-оглы;

Аул Кеши - Аллаберди Артык-оглы, Гарып Назар-оглы, Аннамаммет Акмаммет-оглы, Аннаораз Ходжамаммет-оглы, Сувхан Овезхан-оглы, Ата Аннадурды-оглы, Ниязмаммет Худайберди-оглы, Оразгулы Байрамгулы-оглы, Ораз Овезгелди-оглы, Реджеп Язы-оглы;

Аул Ашгабат - Черкез Аннаберди-оглы;

Аул Геокча - Аннамырат Инак-оглы, Гумман Худайгулы-оглы, Данатар Гулбы-оглы, Овезберди Мовламберди-оглы;

Аул Бюзмейин - Гурбанмухаммет Аба-оглы, Аннанияз Юсуп-оглы;

Аул Ясмансалык - Гулберди Сейитмаммет-оглы, Шых Мухат-оглы;

Аул Яраджы - Эрнияз Рустем-оглы;

Аул Дурун - Аннамырат Мерген-оглы;

Аул Беорме - Мырат Гул-оглы;

Аул Горджов - Самет Оразмаммет-оглы;

Медалями «За храбрость» награждены:

Аул Ашгабат - Кадыр Шаназар-оглы, Шаберди Багмырат-оглы; Шалар Шамырат-оглы;

Аул Бюзмейин - Абдырахым Байрамсахет-оглы, Оразнепес Атанияз-оглы, Говшут Овез-оглы, Ярсахет Чарыяр-оглы, Ата Оразмырат-оглы, Чури Байрамсахет-оглы, Оразмырат Довлетмырат-оглы.Овез Бурун-оглы, Ага-бай Ишангулы-оглы;

Аул Кеши - Халлы Кел-оглы, Силли Байназар-оглы, Газакбай Аннагелди-оглы, Ханмухаммет Говшутхан-оглы, Анна Гелди-оглы, Гутлы Гара-оглы;

Аул Гагшал - Гочаман Сейитнияз-оглы, Алладурды Абдылла-оглы;

Аул Гыпчак - Гурбангылыч Гутлы-оглы, Мырат Нурым-оглы;

Аул Херрикгала - Аллаберди Мырат-оглы;

Аул Нова - Шагулы Гуджук-оглы;

Аул Нохур - Бегмырат Пиргулы-оглы;

Аул Беорме - Мавы Мырат-оглы, Нурлы Маммет-оглы;

Аул Артык - Машат Мухаммет-оглы;

Аул Бами - Мюнбаши Хасар-оглы;

Аул Мирова - Пудак Далихан-оглы;

Аул-Геокдепе - Хан Маммет-оглы, Бект Науджи-оглы, Гурбан Гараджа-оглы;

Аул Геокча - Говшут Тазехан-оглы, Аннамырат Хоммат-оглы, Ханмухаммет Аннаораз-оглы;

Аул Горджов - Мамметдурды Нурсахет-оглы;

Аул Янгала - Байрамгулы Непес-оглы.

Таким образом, опыт императорского правительства по формированию туркменской кавалерийской добровольческой части следует признать очень удачным. Данный опыт не имел широких размеров, но добровольцев, желающих служить в Текинском полку, всегда было гораздо больше, чем требовалось.

Текинский конный полк на фронтах Первой мировой войны

Боевой путь полка 1914 – 1917 гг.

Туркменский конный полк, входивший в состав 1-го Туркестанского армейского корпуса 1-й армии Северо-Западного фронта, отличился на заключительном этапе Лодзинской операции 29. 10. – 06. 12. 1914 г.

В одной из открыток с фронта имелись следующие строки: «... Наш эскадрон показал себя на деле, Мы, в ночь с 15 на 16 ноября атаковали неприятельскую пехоту, рубили и резали как собак и этой атакой их задержали на 5 часов, вследствие чего свободно ушли все обозы. Эскадрон взял в эту ночь 5 пулеметов, 1 зарядный ящик и 5 лошадей. У них страшно большой урон…» (Гундогдыев О., Аннаоразов Дж. Указ. соч. С. 18.).

Военный корреспондент писал в ноябре 1914 г.: «… видел … конные части нашей армии из туркменов. В халатах, на которых так странны погоны, и в громадных папахах, имея кривые … сабли, они похожи на древних воителей-монголов … на нервных, стройных и сухих лошадях ... Они не держатся правильного строя, действуют как … соратники… признающие только свои … сабельные и конные приемы, свой натиск, свою рубку, свою разведку.

… табун их коней … это совершенно дикое стадо, похожее на олений табун ... Видел их самих у костров, сидящими с переплетенными ногами. Они едят мало и … только «свое», не одобряют солдатской каши, не любят и хлеба …

Не признают рыси - только карьер, галоп или мелкий шаг, при этом сидят как вкопанные в конские спины стройно, ровно, красиво … покупают у местного населения продукты и всегда аккуратно со всеми расплачиваются. Привезли … запасных коней, палатки из ковров, в общем приехали на войну как на праздник… разведки… делают не хуже регулярной конницы, порой идут пешком, бросая коней, и часто заходят дальше всех - и приносят великолепные донесения» (Там же. С. 20.).

23 ноября 1914 г. 1 эскадрон Туркменского конного полка в районе Дуплице-Дуже (Польша) атаковал немецкую пехоту. Пехота была остановлена и взяты пленные, но эскадрон потерял 45% личного состава.

Военный корреспондент дал такую характеристику текинцам в этих событиях: «Перед боем у Ловича … неприятель сосредоточился в Кернове и … в густом тумане двинулся на нас.

Немцам удалось … незаметно добраться до Дуплиц … этот маневр был замечен одной из среднеазиатских кавалерийских частей, на высокие боевые качества которой указывал еще М. Д. Скобелев … эта конница своей неодолимой и порывистой отвагой не раз сбивала германцев с толку, не считавших такие удары возможными …

… эти удивительные всадники … угадав противника, конным строем пошли на его пехоту с таким изумительным бешенством, на которое только способны … налет их на … оторопевших немцев невозможно описать … Рубили, с гиканьем бросались в … гущу ощетинившихся штыками колонн, перескакивали через людей в их середину, отовсюду охватывали их. Мало того, что эти степные богатыри заставили германскую пехоту отойти, но и весь путь ее отступления замостили они трупами врагов … трудно ступить, не наткнувшись на немцев, сраженных шашками.

Удары наших азиатских героев были молниеносны и ужасны. Встречаются мертвецы, раздвоенные от плеча до пояса …. война показала нам, каким великолепным мы обладаем боевым материалом за пустынями и песками Каспийского моря. А ведь оттуда мы можем опять выбросить на театр этой мировой воины еще по крайней море 250000 всадников «первой в свете кавалерии», как называл их М. Д. Скобелев. С их боевым увлечением ничто сравниться не может» (Там же. С. 21.).

Один из пленных германских офицеров назвал джигитов «дьяволами», совершающими то, «что должно быть вне пределов человеческих сил».

Не обходилось, конечно, и без потерь. Так, в феврале 1915 г. в Асхабад прибыли 4 раненных под Лодзью всадника. Получив тяжелые ранения, они долгое время лечились в петроградском лазарете, откуда были отправлены в 6-месячный отпуск. К январю 1915 г. Туркменский конный полк потерял до 40 человек убитыми и ранеными.

В ходе Заднестровского сражения – наступательной операции русской 9-й армии Юго-Западного фронта против войск 7-й австро-венгерской армии 26 апреля – 2 мая 1915 г. – Туркменский конный полк действовал в качестве корпусной конницы 32-го армейского корпуса 9-й армии Юго-Западного фронта.

Войска 9-й армии действовали на буковинском фронте – в районе р. Днестр.

32-й армейский корпус занимал позиции у мест. Топороуц. Когда оборона австрийцев была прорвана, корпусная конница этого соединения - 7-й Донской казачий и Туркменский конный полки - своевременно была брошена для преследования отходящего противника.

Продолжая действовать на буковинском фронте, полк отличился 26 мая 1915 г. В этот день Туркменский конный полк в районе г. Черновицы в конном строю атаковал австрийскую пехоту. Атака была очень успешна – в ходе нее было взято в плен 822 австрийца. Причем в рядах полка в этом бою находился ротмистр Ураз-Сердар, сын знаменитого Тыкма-Сердара, сподвижника М. Д. Скобелева под Геок-Тепе.

Летом 1915 г., в период Великого отступления, текинцы вели арьергардные бои.

Весну 1916 г. полк встретил также в составе 9-й армии Юго-Западного фронта, но уже в качестве корпусной конницы 11-го армейского корпуса.

Фронт во главе с новым главнокомандующим генералом от кавалерии А. А. Брусиловым занимал линию от Пинских болот на севере до румынской границы на юге. В состав Юго-Западного фронта входили четыре армии: 8-я, 11-я, 7-я и 9-я.

За зиму 1916 г. русская армия отдохнула и оправилась: недочеты, вызванные неудачей 1915 г. были в большинстве случаев устранены. В армии ожил дух бодрости и надежды на скорый переход в наступление.

1 апреля 1916 г. на совещании в Ставке был решен вопрос об общем переходе в наступление. Директивой Верховного главнокомандующего 24 апреля № 2017 была указана идея предстоящего наступления: главный удар должен был наноситься армиями Западного фронта, в то время как армии Северного и Юго-Западного фронтов должны были оказывать содействие этому наступлению.

9-я армия находилась на левом фланге Юго-Западного фронта в Буковине, занимая фронт от линии Скала - Тлусте - Латач до линии Новоселицы - Боян на румынской границе.

Не только по численности, но и по качественному составу конница 9-й армии представляла исключительный интерес. Кавказская туземная конная дивизия, сформированная из добровольцев-горцев, терские и кубанские части, 1-я Донская казачья и 10-я кавалерийская дивизии были одними из лучших в составе русской армии.

И, разумеется, к числу отборных частей относился и Текинский конный полк.

11-й армейский корпус, в состав которого он входил, занимал позиции по берегу ручья Роменцы до д. Гремешти – он должен был прорвать укрепленную позицию противника на фронте Миткеу - Онут - Доброноуце.

Подготовка наступления на фронте корпуса началась в 3 часа 22 мая 1916 г. - газобаллонной атакой по высоте 272. В 12 часов 5 минут после 8-часовой артиллерийской и газометной подготовки по всему фронту корпуса началась атака неприятельских позиций. Через 20 минут первая линия вражеских окопов была захвачена пехотными частями, которые безостановочно двигались вперед при поддержке артиллерии, и к 14-ти часам овладели важнейшими высотами и дер. Черный Поток.

9-й армии удалось одним ударом прорвать позицию австрийцев, но, несмотря на категорическое приказание А. А. Брусилова закреплять за собой после прорыва каждый пройденный шаг прежде, чем двигаться вперед, наступающая пехота увлеклась преследованием бегущего неприятеля и ворвалась в его тыловой район у мест. Окна. Близких резервов на случай отражения вражеской контратаки не было. Только Текинский конный полк с большим трудом пробрался сквозь пробитую в неприятельской позиции брешь и, выпутавшись из нагроможденной колючей проволоки и лабиринтов рвов и ям, вслед за наступающей пехотой подошел к сел. Онут.

В этот критический для наступающего момент неприятель двинул пехотную бригаду в направлении южнее ст. Окна - в контратаку на сел. Онут. Положение для прорвавшихся русских частей, дезорганизованных быстрым наступлением и еще не приведенных в порядок, создавалось весьма тяжелое, но их выручил Текинский конный полк, командир которого своевременно заметил грозящую пехотинцам опасность и, правильно оценив обстановку, по собственной инициативе, в свою очередь неожиданно для двигавшейся в контратаку бригады австрийской пехоты, атаковал ее в конном строю – причем одновременно в оба фланга.

И вместо эффективной атаки австрийская бригада подняла руки вверх и сдалась в плен - несмотря на крайнюю малочисленность кавалеристов - всего около 400 сабель.

Этот бой ярко продемонстрировал, как хорошая конница, при любых тактических обстоятельствах может в бою оказать ключевое содействие другим родам войск. Бой показал и важность самой тесной связи и взаимодействия между конницей и атакующей пехотой, а также на огромное значение решительности и инициативы со стороны командного состава конницы. Причем численность атакующей конницы и врага значения не имели - сам эффект несущейся конной лавины подавляюще действовал даже на спокойную, выдержанную пехоту и уравновешивал численность противоборствующих бойцов.

Тем не менее, первый день Брусиловского прорыва на фронте 9-й армии был не совсем эффективным. В течение дня 22-го мая были отбиты многочисленные сильные контратаки австрийцев со стороны Доброноуце и хут. Влайко, но сильный артиллерийский и пулеметный огонь противника остановил дальнейшее продвижение русских частей.

Период 23 - 27 мая части 9-й армии использовали для закрепления своего положения, пополнения потерь и боеприпасов.

27-го мая вновь отличились текинцы – в этот день эскадрон под командованием поручика Г. Капкова в районе дер. Орковцы в конном строю атаковал неприятельскую пехоту. Были захвачены пулеметы и пленены 3 офицера и 287 солдат.

Днем славы Текинского конного полка стало 28 мая 1916 г.

В этот день 9-я армия добилась своих главных успехов. После 15-часового, исключительного по своему упорству и ожесточения боя войска 41-го и 11-го армейских корпусов опрокинули австрийцев, вынудили их к беспорядочному отступлению и без передышки преследовали.

Но преодолеть кризис этого боя вновь помог Текинский конный полк.

11-я пехотная дивизия наступала на д. Юркоуц, когда у западной окраины фольварка Влайко внезапно из лощин в районе фермы Молочной (северо-восточнее дер. Юркоуц) перед ней появились густые цепи пехоты противника силой до 2-х полков. Это наступали: отправленный из района южнее Доброноуц в район севернее Похорлоуц 1-й пехотный полк 5-й пехотной дивизии, а также батальон 13-го пехотного полка 5-й пехотной дивизии и находившийся в Юркоуцах батальон 26-го гонведного пехотного полка 42-й гонведной пехотной дивизии.

Они наступали при поддержке мощного артиллерийского огня. Ситуация усугубилась тем обстоятельством, что многие русские артиллерийские батареи снялись со старых огневых позиций и спешили вперед - догнать свою наступающую пехоту. Но русские орудия, вынужденные преодолевать целый лабиринт ходов сообщения, окопов и проволочных заграждений, сильно отстали от пехоты. И в боевых порядках 11-й пехотной дивизии было очевидно замешательство, которое могло плохо кончиться.

Так сложились обстоятельства, что единственной свежей частью, мобильным резервом под рукой армейского командования оказалась лишь корпусная конница - Текинский конный полк под командованием полковника С. П. Зыкова.

Зыков.jpg

Будучи подчинен 12-й пехотной дивизии, т. к. ее полки уже сломили сопротивление австрийцев, Текинский полк двигался вперед для развития успеха на дер. Черный Поток.

360 всадников на отличных конях в колонне по одному преодолели укрепленные полосы переднего края, и около 13-ти часов полк разворачивается на широком фронте и галопом идет западнее и восточнее Похорлоуц, а также и по самому селению Похорлоуц - на Юркоуц. Обогнав 12-ю дивизию, текинцы встречают густые цепи австрийцев, наступающих на 11-ю пехотную дивизию, в конном строю внезапно атакуют их и этим создают в рядах противника неописуемую панику. Захватив 1,5 тыс. пленных, текинцы двинулись на юг, преследуя остатки австрийских 8-й кавалерийской, 51-й и 42-й гонведных пехотных дивизий, отступающих на юг и частично запад - к Валява. Положение отступающих было очень тяжелое - это усугублялось тем, что район Валява загромоздили бегущие обозы.

Гонят.jpg

Дальнейшее наступление текинцев отбила австрийская саперная рота, открывшая по ним огонь с северо-восточной окраины дер. Валява.

Всадники-текинцы, стесненные в своих действиях окопами и проволочными заграждениями австрийской тыловой позиции, были этим огнем отброшены в болотистую местность северо-восточнее Валява, понесли потери и отошли обратно в Похорлоуц.

Но полк сыграл важнейшую оперативно-тактическую роль, переломил судьбу боя и, прорвавшись к западу от д. Похорлоуц, изрубил массу бойцов противника и взял большое число пленных. Документ так зафиксировал это обстоятельство: «В 9-й армии около 10 час. после артиллерийской подготовки части 41-го и 11-го корпусов атаковали укрепленные позиции противника и сбили его на всем фронте до выс. 458. Текинский полк атаковал отходящих австрийцев юго-западнее Похорлоуц, причем отход противника принял характер беспорядочного отступления. Захвачено большое количество пленных, выяснить даже приблизительное число которых пока не удалось. Пленные прибывают непрерывно...» (Из боевого прошлого русской армии. Документы и материалы о подвигах русских солдат и офицеров / под ред. Н. М. Коробкова. М., 1947. С. 332).

3.jpg

Полковник С. П. Зыков, 9 июля 1915 – 18 апреля 1917 гг. - командир Текинского конного полка. 28. 05. 1916 г. был ранен в бою у дер. Похорлоуц. Награжден орденом Святого Георгия 3-й степени (В. П. 04. 08. 1916.) – фактически «генеральской» степенью ордена за то, в атаке под Юрковцами в день своего ранения полк под его командованием захватил 40 офицеров, более 3 тыс. рядовых и 6 пулеметов.

Всего 8-го мая 11-й армейский корпус взял в плен 292 офицера, 13260 не раненных солдат противника (в т. ч. 11-я пехотная дивизия взяла 125 офицеров, 6633 солдат, а 12-я пехотная дивизия пленила 100 офицеров (в т. ч. командира 26-го гонведного полка 42-й гонведной пехотной дивизии) и 4 тыс. солдат). Все это свидетельствовало о разгроме 42-й и 51-й гонведных пехотных дивизий.

Всего же в этот день 9-я армия взяла в плен 1 генерала, 347 офицеров, 18000 солдат, 10 орудий и много других трофеев (Сборник документов мировой империалистической войны на Русском фронте (1914—1917 гг.). Наступление Юго-Западного фронта в мае-июне 1916 г. М.: Воениздат, 1940. С. 267.). На долю Текинского конного полка и 2-го Екатеринодарского полка Кубанского казачьего войска выпало значительное количество захваченных ими пленных.

Всего в этом бою текинцами было уничтожено до 2 тыс. и пленено до 3 тыс. солдат и офицеров противника. Например, 3-й эскадрон под командованием штабс-ротмистра Бек-Узарова, атаковав в районе Юрковцы наступающую пехоту противника, опрокинул и уничтожил одну роту, захватил (изрубив расчеты) два пулемета и около 500 солдат при 3 офицерах.

4.jpg

Текинцы – георгиевские кавалеры

Военный корреспондент так описывал участие полка в самом блестящем бою в его истории: «Дело … 28 мая … считается небывалым в военной истории …

… Вдоль … фронта … грохот орудий, треск пулеметов, рвущихся снарядов. Пехота … уже в огне ...

Текинцы … уже на конях. Насторожились … Всадники … вытащили кривые свои клычи и пощупали столетние остро отточенные клинки …команда: «В атаку!»

Одно … мгновение, и … в ушах свистит ветер, и где-то … ухают снаряды, такают пулеметы и переливается ружейная перестрелка. Распластались кони и идут как вихрь…. Пригнулись всадники, и их … глаза зорко смотрят … туда, где желанный ими рукопашный бой.

А там … лишь окопы, окаймленные ленточкой огня.

Через несколько секунд донесли степные скакуны всадников до врага.

….

Тысячи неприятельской пехоты... Пулеметный, ружейный огонь…

И на всю эту силу обрушился полк степных всадников в огромных бараньих папахах … врезался клином в неприятельские позиции, сея смерть прошел три линии вражеских окопов, разделился надвое, прошел по флангам, и ничто не могло удержать этого бешеного вихря…

Наши войска, видевшие лихой налет текинских джигитов, доблестно и умело руководимых русскими офицерами… кричали в восторге «ура» ….

… уже среди окопов бились с австрийцами текинцы, все глубже … врубаясь в их массу; … текинцы исчезли из виду, и лишь по ярко вспыхивающим зигзагам кинжалов можно было следить за их кровавой работой. … пошла пехота. … заговорили орудия. И … враг дрогнул. … тысячи людей кинулись в беспорядочное… бегство. … Как стадо испуганных … овец гнали текинцы неприятеля ... Один всадник налетал на десятки врагов, убивал их или разгонял.

… отлетали и катились по земле головы австрийцев ... Попадались отрубленные руки … и перерубленные пополам тела.

…. на дорогах валялись брошенные пулеметы, орудия, зарядные ящики, ружья….

Армия Пфланцера была … разгромлена ….

Текинцев, сильно содействовавших этому … делу, носили на руках… Вечером … передают они друг другу отдельные эпизоды боя... Радуются … что … на родине… расскажут они о великой войне и к истории своих древних… родов прибавят новые славные страницы» (Гундогдыев О., Аннаоразов Дж. Указ. соч. С. 33.).

В ходе кампании 1916 г. всадники Текинского конного полка проявили не только героизм и воинскую доблесть, но продемонстрировали и прекрасную тактическую выучку.

В кампании 1917 г. служба Текинского конного полка была в большей степени внутренней.

Большой ценитель текинцев генерал от инфантерии Л. Г. Корнилов поручил им охрану штаба 8-й армии, а после того как занял пост Верховного главнокомандующего – Ставки.

Очевидец вспоминал: «Рослые, монументальные и в то же время стройные … стояли они как изваяния, и только что-то … притаившееся в восточных темных глазах говорило что они живые люди. Каждого, кто подъезжал или подходил к Ставке… ощупывали взглядом… словно пытаясь выведать, не замыслил ли этот человек худого … против их бояра... Это были не обычные часовые, выстаивающие положенный срок, а чуткие стражи и верные слуги ... По одному мановению своего бояра готовы они были не только убить кого угодно, но и свою жизнь без колебаний отдать за него...» (Там же. С. 37.).

5..jpg

Текинцы

Когда 10 августа 1917 г., в сопровождении усиленного эскадрона текинцев, Корнилов прибыл в Петроград, одно подразделение рассыпалось в цепь на площади перед дворцом, где происходило совещание, а другое с пулеметами взяло под охрану подъезд и все выходы. Ни о чем не договорившись с А. Ф. Керенским, Л. Г. Корнилов смог вернуться в Могилев – А Ф. Керенский и его окружение не посмели арестовать генерала.

Августовское корниловское выступление провалилось.

Причем соратник Л. Г. Корнилова А. И. Деникин недоумевал, почему Л. Г. Корнилов не захотел рискнуть последним своим козырем - Текинским и Корниловским полками, т. к., по его мнению, появление Корнилова с этими двумя полками предрешило бы участь Петрограда.

6 сентября 1917 г. Корнилов, Лукомский и другие участники выступления были арестованы и помещены в гостиницу «Метрополь». Генерал А. С. Лукомский впоследствии вспоминал, что внутреннюю охрану «арестного» помещения нес Текинский конный полк. Говоривший по-текински Л. Г. Корнилов пользовался громадной популярностью в полку, и текинцы называли его «наш бояр». Причем первоначально для охраны арестантов хотели назначить Георгиевский полк, но текинцы предъявили категорическое требование, чтобы внутреннюю охрану предоставили им – в итоге охрана от Георгиевского полка выставлялась лишь снаружи помещения.

В Быхове генералов поместили в здании старого католического монастыря. Охрану внутри здания несли текинцы, полуэскадрон которых находился в здании монастыря, в то время как наружная охрана вновь была поручена георгиевцам - причем они подчинялись коменданту - помощнику командира Текинского конного полка. Делегацию из Бердичева охрана не пустила даже во двор и, когда кто-то из них стал требовать, чтобы их допустили, то «текинцы пригрозили нагайками» и они были вынуждены уйти. А когда наутро, во время прогулки, делегаты, подошедшие к решетке со двора, стали делать арестованным замечания, вышедший начальник караула с двумя текинцами отогнал их и выставил караул на улице.

Возмущенные бердичевцы послали в Петроградский Совет телеграмму, в которой писали, что охрана генералов состоит из 60-ти солдат Георгиевского батальона и 300-т солдат Текинского полка и, текинцы до настоящего времени остаются верными Корнилову и совершенно чуждыми интересам революции. По воспоминаниям очевидцев, несшим наружную охрану георгиевцам туркмены говорили: «Вы - керенские, мы - корниловские, резать будем». И учитывая тот факт, что в гарнизоне текинцев было намного больше, то георгиевцы исправно несли службу и вели себя корректно.

Осенью 1917 г. из Закаспийской области шли вести о том, что постигший область неурожай грозит семьям туркмен небывалым голодом. В то же время областной Туркменский комитет на собраниях в конце октября и начале ноября 1917 г. в Асхабаде решил объявить дополнительный набор всадников в дивизион, расположенный в Кеши, - но его не успели отправить на фронт. Тогда же была послана телеграмма в Ставку с просьбой о немедленной отправке Текинского конного полка домой.

Л. Г. Корнилов, узнав о беспокойстве туркмен экономико-политической обстановкой на родине, из 40 тысяч рублей, собранных для семей арестантов, приказал выдать текинцам 30 тысяч рублей, а также написал письмо руководству Донской области с просьбой оказать помощь семьям текинцев хлебом.

17 ноября 1917 г. для ликвидации Ставки на Могилев были двинуты революционные войска во главе с новым Верховным главнокомандующим прапорщиком Крыленко. Ставка стала готовиться к эвакуации в Киев, но могилевский Совет сорвал их планы - все офицеры были подвергнуты домашнему аресту.

Исполняющий обязанности Верховного главнокомандующего генерал-лейтенант Н. Н. Духонин успел отдать приказ, чтобы все части, находившиеся в Ставке, уходили на Дон. Успел он отдать и распоряжение об освобождении «быховских узников».

20 ноября 1917 г. Текинский конный полк (в составе 24 офицеров и до 400 нижних чинов) выступил на Дон. Полк выдвинулся к Жлобину. Он делал усиленные переходы по ночам.

На пятый день полк был обнаружен.

Когда, по неясной причине, из разведки не вернулся отряд, отправленный под г. Сураж, нанятый в качестве проводника разведчик большевиков навел полк на засаду. Полк выступил из с. Красновичи (южнее г. Суража) и, намереваясь идти на Мглин, подошел к дер. Писаревке. Пересекая железную дорогу, Текинский полк почти в упор был расстрелян пулеметным и винтовочным огнем. Понеся большие потери, конники отошли в Красновичи и, решив обойти ст. Унеча с другой стороны, к 14 часам подошли к Московско-Брестской железной дороге. Но из-за поворота появился бронепоезд, и полк вновь был встречен огнем.

Первый эскадрон повернул в сторону и скрылся – он прошел западнее и к полку больше не присоединялся. За Клинцами эскадрон разоружили большевики - и всех отправили в тюрьму.

Полк рассеялся - из 600 всадников собралось всего 125.

27-го ноября в брянской тюрьме находилось 3 офицера и 264 всадника. 27-го ноября Текинский конный полк вышел из полосы болот и, обходя селения, взял направление на юго-восток. В этот день Л. Г. Корнилов решил расстаться с текинцами, полагая, что так им будет безопаснее двигаться на Дон. Полк (точнее его остатки) во главе с командиром и семью офицерами должен был продвигаться на Трубчевск, а Л. Г. Корнилов с группой офицеров и 32 всадниками на самых лучших лошадях отправился в направлении Новгорода-Северского. Но, окруженный со всех сторон, этот отряд после боя был вынужден 30-го ноября отойти на соединение с главными силами полка, а Л. Г. Корнилов, переодевшись в гражданскую одежду, покинул расположение полка и отправился на Дон.

В дальнейшем Текинский конный полк возле Новгорода-Северского принимал участие в бою на стороне войск украинской Рады против большевиков. С согласия украинских властей остатки полка по железной дороге прибыли в Киев, где пробыли до вступления в город советских войск. 26 января 1918 г. полк был распущен.

Но 40 текинцев добрались до Новочеркасска, где их встретил Л. Г. Корнилов. Они участвовали уже в Гражданской войне в России.

Командный состав полка

С 30 июля 1914 г. по 7 июля 1915 г. Туркменским конным полком командовал полковник (с 23 февраля 1915 г. генерал-майор) С. И. Дроздовский, возглавивший дивизион 19 августа 1911 г.

С. И. Дроздовский.jpg

Семен Иванович Дроздовский

Участник Русско-Японской войны, кавалер орденов Святого Станислава (в т. ч. 1-й степени с мечами), Святой Анны, Святого Владимира (в т. ч. 4-й и 3-й степеней с мечами), Золотого Оружия и Святого Георгия 4-й степени, чин генерал-майора он получил за отличия в делах и походах Первой мировой войны – когда командовал текинцами. Именно под командованием С. И. Дроздовского текинцы проявили себя в Лодзинской и Заднестровской операциях.

С 9 июля 1915 г. по 18 апреля 1917 г. текинцами командовал полковник С. П. Зыков (в годы Гражданской войны – в июне-августе 1919 г. командовал Астраханской казачьей дивизией).

00015.jpg

Сергей Петрович Зыков

Кавалер орденов Святого Станислава (в т. ч. 3-й степени с мечами и бантом и 2-й степени с мечами), Святой Анны (в т. ч. 3-й степени с мечами и бантом, а также 2-й степени с мечами), Святого Владимира (в т. ч. 3-й степени с мечами), Золотого Оружия, Святого Георгия 4-й и 3-й степеней, он был ранен в бою у дер. Похорлоуц 28 мая 1916 г. Именно за этот блестящий бой полковник С. П. Зыков, осуществивший во главе Текинского полка результативную конную атаку, получил орден Святого Георгия 3-й степени. В Высочайшем приказе сказано: «... во главе своего полка, подавая пример храбрости и мужества под пулеметным и ружейным огнем противника, атаковал в конном строю отступающие части австрийцев, лихостью и силой своего удара привел противника в полное смятение и принудил к сдаче, этой атакой завершил славное дело 12-й пехотной дивизии, не дав возможности разбитому противнику уйти с поля сражения и устроиться на тыловых позициях» (Стрелянов (Калабухов) П. Н., Киреев Ф. С., Картагузов С. В. Кубанские, терские и уральские казаки в наступлении Юго-Западного фронта 1916 года. М., 2007. С. 63.).

Командир 3-го эскадрона полка штабс-ротмистр М. Г. Бек-Узаров за дело под Юркоуцем стал кавалером ордена Святого Георгия 4-й степени. Он участвовал во всех боях кампании 1916 года в Галиции, а летом следующего года в конных схватках под Калушем. В ноябре 1917-го во главе своего эскадрона он выступил в поход из Быхова вместе с генералом от инфантерии Л. Г. Корниловым, и отличился, когда текинцы бились против большевиков на железной дороге у станции Унеча и в декабре на Десне в 40 верстах от Воронежа. В Добровольческой армии ротмистр М. Г. Бек-Узаров командовал сформированным в Закаспийской области Ахал-Текинским конным полком, а в ноябре 1919 года был командирован в Конвой Главнокомандующего ВСЮР. Терец по рождению, с этого времени Михаил Георгиевич связал свою службу, как и жизнь эмиграции, с казаками Лейб-Гвардии Кубанских и Терских сотен. Со своим родным братом Николаем до Второй Мировой войны он жил в Югославии.

Заметной фигурой, выделявшейся своей отвагой, был С. Овезбаев. В мае 1915 г. поручик Овезбаев награждается орденом Святого Станислава III степени с мечами и бантом, а в феврале 1916 г. - орденом Святой Анны III степени с мечами. Через три месяца Сеидмурада Овезбаева производят из поручиков в штаб-ротмистры.

Блестящий в боевом отношении офицерский состав полка характеризовался и особенной спайкой с подчиненными.

Заключение

Русское правительство на основании почти двухсотлетнего опыта наблюдения за туркменскими племенами совершенно справедливо считало их превосходным материалом для укомплектования конницы.

Туркменский конный дивизион (полк) был национальной добровольческой воинской частью русской армии. Вся его 32-летняя история – это история добровольцев-текинцев, верой и правдой служивших России. Полк так и не перешел на мобилизационную систему комплектования – что и не удивительно, т. к. добровольцев всегда было с избытком, что и позволило развернуть дивизион в полк. Более того, формирование в г. Каши дивизиона осенью 1917 г. являлось явной предпосылкой появления Текинской конной бригады, которая могла стать ядром национальной туркменской армии.

1885-1914 гг. – это период существования 2-сотенного Туркменского конного дивизиона, а 1914-1918 гг. – 4-эскадронного Туркменского (Текинского) конного полка.

Текинский конный полк явился и кузницей кадров для всего Туркестана – кадров, на которые в полной мере могло опереться и региональное, и центральное русские правительства.

Кроме того, по свидетельству современников, российской власти на мусульман всегда можно было положиться в большей степени, чем на христианские народы империи - мусульмане были более надежной опорой трона и власти.

Военный историк А. А. Керсновский охарактеризовал полк следующим образом: «Текинский конный полк, геройски работавший всю войну и особенно блестяще действовавший в Доброноуцком сражении» (Керсновский А. А. История Русской Армии. Т. 4. М., 1994. С. 227.).

Причем полк был многофункциональной воинской частью – он выступал в роли как войсковой конницы, так и стратегической.

Конница в данный период подразделялась на войсковую (приданную штабам армий или действующую в составе армейских корпусов) и стратегическую. Войсковая конница осуществляла разведку, прикрывала фланги общевойсковых соединений, обеспечивала коммуникации и функционирование штабов и служб, поддерживала связь.

Конница выполняла тактически важные боевые задачи. Устав отмечал: «Конница содействует наступлению и обороне энергичными действиями на фланги и в тыл противника, особенно, когда пехота ведет решительную атаку, действуя в конном и пешем строе. Если неприятель опрокинут, конница неотступно преследует. При неудаче конница действует решительно, с целью остановить или хотя бы задержать неприятеля, чтобы дать время своей пехоте устроиться» (Устав полевой службы. СПб.: Военная типография, 1912. С. 188.). Именно эти важнейшие задачи смог решать Текинский конный полк в ходе кампаний 1914, 1915 и 1916 г.г.

Преследование разбитой австрийской пехоты Текинским конным полком в операции 9-й армии в ходе Наступления Юго-Западного фронта 1916 г. является классическим образцом использования корпусной конницы.

В качестве войсковой конницы текинцы вели разведку, охраняли пленных, штабы, обеспечивали связь. В разные периоды полк придавался 1-му Туркестанскому армейскому, 11-му и 32-му армейским корпусам, штабу 8-й армии.

Кавалерийские соединения должны были решать задачи т. н. «стратегической конницы» - осуществлять броски, прорывы и обходы, преследование противника.

Текинский конный полк выполнял и задачи стратегической конницы, в т. ч. когда был конницей войсковой. Яркие примеры – Лодзинская операция 1914 г., Доброноуцкое сражение 1916 г.

Главное преимущество конницы – в мобильности. В период Первой мировой войны это фактически единственный род войск, обладающий высокой оперативной подвижностью. Именно поэтому конница – важное средство оперативного маневра. Устав отмечал: «Коннице труднее двигаться укрыто от противника, чем пехоте, но и она, передвигаясь от одного удобного для себя закрытия к другому, может быстротою движения в значительной степени ослабить невыгоды прохождения открытых мест» (Там же. С. 194.). Командир 3-го Конного корпуса генерал-лейтенант граф Ф. А. Келлер, выдающийся практик и теоретик русской конницы, совершенно справедливо отмечал: «место для конницы на полях сражения не только всегда найдется, но ее место именно там и даже в возможной близости к передовым частям пехоты» (Келлер Ф. А. Несколько кавалерийских вопросов. Выпуск 2. - Спб., 1910. С. 4.).

И Текинский конный полк блестяще подтвердил это мнение выдающегося кавалерийского командира русской армии.

На счету текинцев несколько блестящих конных атак – причем в условиях войны нового типа, при высокой насыщенности передовой артиллерией и пулеметами. Характерно, что русская конница атаковала чаще пехоту и артиллерию противника, чем конницу (атаки на конницу составляют 25% от всех конных атак).

Конная атака – боевое средство весьма рискованное, и осуществить ее могут лишь решительные военачальники и закаленные бойцы.

Первая мировая война показала, что огонь артиллерии, пулеметов и винтовок, действия аэропланов и броневиков не в состоянии остановить кавалерийской атаки русской конницы – и Текинский полк яркий тому пример. Атаки у Дуплице-Дуже, Топороуц, Черновиц, у Похорлоуц и Юрковцы ярко продемонстрировали - и невозможное возможно. Даже в условиях позиционной войны, в сети проволочных заграждений, когда пулемет господствовал на поле боя, а пехота была царицей полей – роль конницы не утрачена. Конная атака была не только возможна, но в соответствующих оперативно-тактических условиях и при надлежащем руководстве со стороны командного состава сулила небывалый успех.

За 3 года войны туркменские воины показали себя непревзойденными кавалеристами. Они храбро сражались и не раз спасали положение на фронте – так было на завершающем этапе Лодзинской операции и в ходе майского прорыва 9-й армии – в Доброноуцком сражении. И Текинский полк снискал славу непобедимого.

Текинский конный полк, верой и правдой служивший России, передал свои традиции кавалерийским частям Красной армии.

Говоря об истории Туркменского (Текинского) конного полка, можно увидеть интересную параллель с гуркхами Непала, которые и сегодня служат в рядах британской армии.

Текинцы считали большой честью сражаться за Царя и за Отечество. Как не парадоксально это звучит, но туркменский менталитет, рожденный бытом кочевников, сформировал из них великолепных солдат русской императорской армии. Ведь в характере степняка общественное всегда превалировало над личным - и интересы рода были выше собственной жизни. Туркмены и восприняли империю как гигантское племя, частью которого они стали – и проливали кровь во славу русского оружия.

6..jpg

Текинский конный полк

Библиография

Источники

Краткое расписание сухопутных войск. Исправленное по сведениям к 1 января 1914 г. Спб., 1914.; Устав полевой службы. СПб.: Военная типография, 1912.; Туркменский дивизион // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Т. 34. Спб., 1902.; Из боевого прошлого русской армии. Документы и материалы о подвигах русских солдат и офицеров / под ред. Н. М. Коробкова. М.: Военное издательство Минобороны СССР, 1947.; Сборник документов мировой империалистической войны на Русском фронте (1914—1917 гг.). Наступление Юго-Западного фронта в мае-июне 1916 г. М.: Воениздат, 1940.; Летопись войны. 1914-15-16 гг. № 14.; Нива. 1916. № 23.; Деникин А. И. Очерки Русской Смуты. Борьба генерала Корнилова август 1917 – апрель 1918. Мн., 2002.; Краснов П. Н. Воспоминания о русской императорской армии. М.: Айрис-Пресс, 2006.

Литература

Гундогдыев О. А. Ратные традиции туркмен // Туркменистан. – 2005. - № 3.; Гундогдыев О., Аннаоразов Дж. Слава и трагедия. Судьба Текинского конного полка (1914-1918). Ашгабат, 1992.; Звегинцов В. В. Хронология русской армии 1700-1917 гг. Части 2-3. Париж, 1962.; Карпеев В. И. Конница русской армии июль 1914 г. М., 2011.; Карпеев В. И. Конница: дивизии, бригады, корпуса. Соединения русской армии. 1810-1917. М.: «Рейтар», 2012.; Келлер Ф. А. Несколько кавалерийских вопросов. Выпуск 2. Спб., 1910.; Керсновский А. А. История Русской Армии. Т. 4. М., 1994.; Корниш А., Каращук А. Русская армия 1914 – 1918. М., 2005.; Кувшинов В. Опыт привлечения на военную службу коренного населения Туркестана // Военная мысль и революция. – 1923. – Книга 6.; Литвинов А. И. Майский прорыв IX армии в 1916 году. Пг., 1923.; Рубец И. Ф. Конные атаки Российской Императорской Кавалерии в Первую мировую войну – 1915 год // Военная быль. - 1965 - № 76.; Рубец И. Ф. Конные атаки Российской Императорской Кавалерии в Первую мировую войну – 1915 год // Военная быль. - 1966 - № 77.; Рубец И. Ф. Конные атаки Российской Императорской Кавалерии в Первую мировую войну – 1915 год // Военная быль. - 1966 - № 81.; Стрелянов (Калабухов) П. Н., Киреев Ф. С., Картагузов С. В. Кубанские, терские и уральские казаки в наступлении Юго-Западного фронта 1916 года. М., 2007.

Автор:

1438

Поделиться:

Вернуться назад