Германские газобаллонные атаки на Русском фронте Великой войны. Ч. 3. Крево - Сморгонь, июнь - июль 1916 г.

Химический фронт Великой войны

Германские газобаллонные атаки на Русском фронте Великой войны. Ч. 3. Крево - Сморгонь, июнь - июль 1916 г.

2 июня 2023 г.

Ранее мы увидели борьбу русских войск с газобаллонными атаками германцев весной - летом 1915 г. (см. Германские газобаллонные атаки на Русском фронте Великой войны. Ч. 1. Первый химический натиск тевтонов: сражение у Воли Шидловской 18 мая 1915 г. ; Германские газобаллонные атаки на Русском фронте Великой войны. Ч. 2. Суха-Воля Шидловская - Осовец, июнь - июль 1915 г.). Еще более масштабная газовая война развернулась на Русском фронте в ходе летней кампании 1916 г. - на Белорусском театре военных действий.

0_Страница_28.jpg

4 июня 1916 г., Крево.

Германцы провели газобаллонную атаку у Крево к западу от Молодечно - против боевого участка, занимавшегося 48-й пехотной дивизией. Газобаллонная атака была произведена при благоприятных топографических и метеорологических условиях: местность была открытая, слегка понижающаяся к стороне русских, без глубоких лощин и водных пространств, при удалении германских окопов от русских всего на полкилометра, при ветре 2 - 4 метра в секунду. Благодаря бдительности командного состава и войск, принявших соответствующие меры предосторожности (противогазы, маски и зажигание костров), атака германцев не удалась.

Выдвинутые к проволочным заграждениям секреты разведчиков из состава полковых газовых команд были соединены телефоном (через передовые роты) со штабами батальонов и полков и снабжены для подачи звуковых сигналов пустыми стаканами шрапнели. Газовые волны, выпущенные германцами в 2 часа ночи, были замечены одним из разведчиков 189-го пехотного полка рядовым Кононовым, подползшим вплотную к германским проволочным заграждениям. Бойцу удалось своевременно известить передовую роту о грозящей опасности.

0_Страница_12.jpg

19 июня 1916 г., Сморгонь.

В июне 1916 года боевые позиции у мест. Сморгонь занимали войска русского 26-го армейского корпуса под командованием генерала от инфантерии А. А. Гернгросса.

1..jpg

А. А. Гернгросс.

Входившие в состав корпуса 64-я, 65-я и 84-я пехотные дивизии занимали участок от дер. Перевозы на р. Вилии до дер. Цари на р. Белой. Местность в районе Сморгони и между окопами противников была сравнительно ровная и давала хороший обзор, кроме того, будучи пологой в сторону русских позиций, она была удобна для газопуска противника.

Главный удар германцев в ходе этой газовой атаки пришелся по войскам 64-й пехотной дивизии под командованием генерал-лейтенанта А. Е. Жданко.

2..jpg

А. Е. Жданко

Дистанция между окопами противников на атакованном участке фронта достигала от 300 до 1500 шагов. Уже за 2 недели до газовой атаки авиаразведка сообщала, что наблюдала, как германские солдаты выносили из грузовиков и переносили в окопы громоздкие тяжелые предметы – баллоны или снаряды.

3..jpg

Германские газовые баллоны.

Затем артиллерийский наблюдатель зафиксировал, как после попадания в немецкий окоп русского снаряда произошел взрыв, после которого образовалось бурое облако, стелившееся по земле. Наблюдались и немецкие солдаты, бежавшие от этого места в тыл – причем по дороге несколько человек свалилось.

4..jpg

Район атаки.

Все это убедило русское командование, что противник ведет подготовку к газовой атаке – соответственно, об этом были предупреждены все дивизии корпуса, войска усиленно снабжались противогазами, заготовлялись материалы для разведения костров (после противогаза - наиболее эффективного средства антихимической защиты), в окопах были установлены емкости с водой (в воде находился раствор 20 - 30% соды), заготовлена негашеная известь.

19-го июня на линии фронта царила мертвая тишина. С запада тянул слабый ветер – скоростью до 2 метров в секунду. Бойцы, которые вернулись из разведки, нарядов и работ, лечь спать не успели – в 3 часа 15 мин. началась вражеская атака. В преддверии газовой атаки немецкая артиллерия открыла ураганный огонь химическими боеприпасами – он велся по окопам 2-й и 3-й линий, а также позициям артиллерийских батарей, ходам сообщения и тылам.

Через несколько минут от р. Гервятки, ст. Сморгонь, деревень Лычники и Нароты немцами газобаллонным способом был произведен газопуск - первая газовая волна была синеватого цвета. Газопуск сопровождался сильным шипением из баллонов.

В этот момент русские сигнальщики на рожках заиграли положенный в таких случаях сигнал «слушайте все», а солдаты, надевая маски и противогазы, кинулись зажигать костры перед окопами. По надвигающемуся облаку был открыт интенсивный огонь из всех видов оружия. Но костры, отсыревшие после дождя, гореть не хотели.

За газовым облаком наступала германская пехота – немецкие солдаты в противогазах, подойдя к русским заграждениям, кричали: «Рус, атака». В одной руке они держали винтовки, а в другой руке – дубины с большими набалдашниками, которые были утыканы острыми шипами – для того чтобы добивать отравленных русских солдат. У некоторых за спиной были мешки со стружками. Но у русских проволочных заграждений германцы попали под сильный огонь и побежали в свои окопы.

5..jpg

Средневековое оружие начала 20 века, применяемое армией «культурной» Германии – дубинка, утыканная гвоздями и шипами.

После отражения первой атаки многие русские солдаты сняли противогазы – в противогазах Зелинского-Кумманта было трудно дышать, а маски «новейших» образцов высохли, и им требовалось увлажнение. Многие подумали, что атака завершилась. Началась эвакуация в тыл отравленных людей.

В этот момент германцы выпустили второе газовое облако – оно было более густым и имело молочно-голубоватый цвет. Облако имело высоту более 8 метров и захватывало 5-километровый фронт.

За газовой волной передвигалась дымовая завеса, а вслед за ней наступали 4 линии цепей немецкой пехоты. Атака пехоты была мощнее, чем в первый раз, но и она была отражена дружным винтовочным, артиллерийским и, особенно, пулеметным огнем русских частей.

Газовая атака, длившаяся 1,5 часа, завершилась.

Газы проникли вглубь русской обороны на 12-километровую глубину и нанесли русским частям большие потери.

В общей сложности в 3 дивизиях 26-го армейского корпуса было отравлено 45 офицеров (из них 5 умерло) и 2505 нижних чинов (из них умерло 429 человек). Наиболее сильно пострадал 254-й пехотный Николаевский полк, потерявший 1606 человек (в том числе 412 человек – то есть 25% - умершими). Погибло и много артиллерийских лошадей.

Несмотря на своевременность поступившей информации о начале атаки, наличие арсенала средств борьбы с отравляющими газами, потери были значительные. Материалами комиссии по исследованию этого боя, они были объяснены тем что: 1) корпус впервые в своей истории отражал газовую атаку; 2) атаке предшествовал мощный артиллерийский огонь противника, повредивший оборонительную инфраструктуру соединения и отвлекший внимание войск от газопуска немцев; 3) газовая атака проводилась в 2 этапа – и многие русские солдаты после первого этапа сняли противогазы и маски; 4) от усиленных передвижений и стрельбы, тем более летом, маски сдвигались и быстро высыхали; 5) самые большие потери пришлись на долю офицеров, унтер-офицеров, телефонистов и связистов – для того чтобы отдавать и слышать распоряжения они сняли противогазы и маски - совершив подвиг. В полном составе погибли корпусная химическая команда и санитарная часть – решая присущие им задачи, бойцы этих подразделений не думали о своей личной безопасности.

Вести разговор о халатности командования не приходится.

Начальник дивизии заранее предупредил свои полки о возможности газовой атаки, периодически проводились газовые тревоги, в окопах были расставлены бочки с содовой водой, имелась негашеная известь, 14 распылителей, были зажжены костры, все необходимые сигналы были поданы своевременно.

Имелось достаточное количество средств индивидуальной защиты. Так, наиболее пострадавший 254-й Николаевский полк имел 5356 масок и противогазов. Лучшими оказались противогазы Зелинского-Кумманта – из 526 человек, их использовавших, спаслись почти все. Значительно хуже показали себя маски «нового образца» с бутылкой (713 единиц), «новейшего образца» (3901 единица) и Горного института (все остальные).

С другой стороны, опрошенные комиссией солдаты этого полка показали, что зажечь костры вовремя не удалось (не было спичек и мешал сильный огонь противника), а маски у многих бойцов под рукой отсутствовали – они висели на стенах окопа и из-за начавшейся давки добраться до них было трудновато. Один из офицеров штаба корпуса сообщил комиссии, что в день атаки у многих солдат и офицеров не оказалось масок и противогазов – личный состав недооценивал их ценность, считая что газовая атака на таком большом участке невозможна. Но зато после атаки все прониклись к противогазам уважением - и носили их при себе не только на позициях, но и в тылу.

Отсутствие Наставления по противохимической обороне и недостаточная подготовка личного состава в этом вопросе также на пользу не пошли.

6..jpg

Изготовление противогазных масок.

7..jpg

Солдаты в противогазах Зелинского.

8..jpg

Отражение газовой атаки у Сморгони, 19 июня 1916 г. Бойцы в противогазах, один из них как антихимическое средство использует факел.

Противник не зря выбрал для своей газовой атаки Сморгонский боевой участок - он прикрывал коммуникации и железную дорогу, ведущую к Молодечненскому транспортному узлу. В случае успеха немцы могли прорваться к г. Молодечно. Благодаря стойкости защитников Сморгони противник не достиг желаемого успеха, но все же за короткий срок (за полтора часа) вывел из строя 2,5 тысячи человек.

Атака была незавершенной - попав под огонь русских войск, немцы не выдержали и отхлынули обратно. Большое значение имело и то обстоятельство, что русская артиллерия, по данным наблюдателей, повредила газовые баллоны противника.

При всех технических недостатках в организации противохимической обороны русских войск, Сморгонский участок был удержан, но занимавшая его 64-я дивизия была серьезно ослаблена.

Германцы.jpg

Германская газобаллонная атака 19 июня 1916 г.

Сморгонь, 20 июля 1916 г.

Через месяц, в ночь на 20 июля того же года немцы, воспользовавшись восточным ветром, вновь методом газопуска нанесли неожиданный химический удар по русским позициям – на боевом участке Сморгонь-Крево. Удар был нанесен во время смены на позиции русских частей - 14-й гренадерский Грузинский полк сдавал позиции сменявшему его 15-му гренадерскому Тифлисскому полку Кавказской гренадерской дивизии 2-го Кавказского армейского корпуса.

Боевой участок на фронте Сморгонь-Крево кавказские гренадеры занимали с сентября 1915 года. Местность была лесистой. За 10 месяцев гренадеры успели хорошо оборудовать и обжить свои позиции.

Газовая атака застигла гренадер врасплох.

Как происходит при смене частей на передовой, окопы были переполнены, и у многих бойцов противогазы оказались не под рукой. Несмотря на эти обстоятельства, среди гренадер паники не было. Немедленно была передана «газовая тревога».

За первой волной газов последовали вторая, третья и т. д.

Всего немцами было выпущено восемь газовых волн.

9..jpg

Германская газобаллонная атака на Русском фронте. Снимок сделан с аэроплана.

Так как многие бойцы не успели во время надеть противогазы, гренадеры понесли тяжелейшие потери. Особенно пострадал батальон 14-го гренадерского Грузинского полка под командованием подполковника В. Е. фон Китера. Комбат, несмотря на отравление, остался в строю и решительными мерами организовал оборону на вверенном участке, задействовав для этого непострадавших гренадер.

Командир 14-го гренадерского Грузинского полка полковник А. Г. Отхмезури, находившийся в передовых окопах, для того чтобы лучше командовать, снял свой противогаз - причем его примеру последовали другие офицеры полка. 20 июля 1916 года стало последним днем жизни Акакия Гавриловича, посмертно награжденного орденом Святого Георгия 4-й степени.

Несмотря на все принятые меры, ввиду больших потерь, участок позиции кавказцев длиной по фронту более 1000 шагов оказался оголенным. Немецкие пехотинцы вышли из своих окопов - и волны их цепей двинулись в атаку. Одновременно с газопуском немецкая артиллерия открыла мощный огонь по артиллерийским позициям и тыловым дорогам русских войск. Огонь по коммуникациям должен был воспрепятствовать подходу резервов.

Дежурные батареи участка - 1-я батарея 84-й артиллерийской бригады и 3-я батарея 2-го Кавказского мортирного артиллерийского дивизиона - несмотря на захлестнувшие их позиции волны желтого газа, немедленно открыли заградительный огонь.

Из-за сильного артиллерийского огня противника телефонная сеть во многих местах была перебита. Пришлось отправлять конных разведчиков (с донесениями), а также телефонистов (для починки линий связи). Эти люди подвергались повышенной опасности - во время движения вероятность отравления увеличивалась.

Вся артиллерия участка сосредоточила огонь по наступающим немцам - и атака была отбита. Из резерва подошел батальон 16-го гренадерского Мингрельского полка.

Густые газовые волны продолжали распространяться, захватывая обозы и тылы Кавказской гренадерской дивизии.

К 7 часам утра газовые облака рассеялись.

Потери кавказских гренадер были очень велики: окопы завалены трупами.

10..jpg

Жертвы газовой атаки.

До 4 тыс. гренадер получили отравления. Повсюду лежали погибшие и умирающие (всего умерло до 300 человек). Очевидец отмечал такие страшные симптомы умирающих, как судорога, мучительная жажда и выступающая изо рта желтая пена.

Но, несмотря ни на что, люди геройски выполняли свой воинский долг.

Так, дежурный офицер 84-й артбригады поручик Кованько и бойцы его орудийных расчетов во время этого боя сняли свои противогазы – офицер для того чтобы подавать команды, а артиллеристы – чтобы лучше их слышать. Отбив немецкую атаку и выручив своих пехотинцев, все они умерли – на своей огневой позиции.

Артиллеристы и телефонисты 3-й батареи 2-го Кавказского мортирного артиллерийского дивизиона также вели себя геройски. Потери этой батареи: отравлены (но остались в строю) 2 офицера, убиты (от артиллерийского огня противника) 2 канонира и ранен 1 фейерверкер, отравлено и эвакуировано 12 нижних чинов. Т. о., боевая часть батареи потеряла 25% личного состава.

Арты.jpg

В ходе отражения вражеской атаки было совершенно много подвигов. Например, телефонист Гаевой под сильным огнем противника прополз вдоль всей телефонной линии – и исправил повреждение провода. А лодзинский еврей телефонист Райк снял мешавший ему работать противогаз - он получил отравление, но после выздоровления вернулся на батарею и был награжден Георгиевским крестом 4-й степени. Отличился грузин артиллерист-подпрапорщик Акабадзе, смело действовавший под артиллерийским огнем и в клубах газового облака.

Необходимо отметить, что, несмотря на тяжелые потери, русские войска (в отличие от своих союзников на Французском фронте) как правило не давали немцам возможности эксплуатировать результаты газовых атак и добиваться ощутимых тактических результатов. Но в моральном отношении сморгонский боевой участок стал считаться «трудным» для обороны.

Статьи из этой серии

Германские газобаллонные атаки на Русском фронте Великой войны. Ч. 2. Суха-Воля Шидловская - Осовец, июнь - июль 1915 г.

Германские газобаллонные атаки на Русском фронте Великой войны. Ч. 1. Первый химический натиск тевтонов: сражение у Воли Шидловской 18 мая 1915 г.

Битва среди яда. Ч. 1. Газовый удар в Первую мировую

Автор:

1556

Поделиться:

Вернуться назад