Русский «Бог войны» Первой мировой в бою. О некоторых особенностях применения императорской артиллерии

Русская армия

Русский «Бог войны» Первой мировой в бою. О некоторых особенностях применения императорской артиллерии

27 мая 2020 г.

В годы Первой мировой войны артиллерия становится подлинным «Богом войны».

1..jpg

Артиллерийская подготовка

И нам хотелось бы взглянуть на некоторые особенности боевого применения русской артиллерии – рода войск, сыгравшего ключевую роль во многих битвах Первой мировой войны.

Довоенные уставы и наставления русской армии отмечали, что артиллерия в огневом отношении сильнее пехоты, но менее устойчива в сражении, а фланги - ее слабейшее место.

Устав полевой службы, определяя важнейшие задачи, стоявшие перед этим родом войск в бою, отмечал, что в начале столкновения с неприятелем артиллерия поддерживает развертывание в боевой порядок пехоты, а во время наступлении огнем прокладывает последней дорогу - поражая цели, препятствующие пехоте в достижении поставленных боевых задач. Для этого артиллерия должна занять позиции, с которых может действительным огнем обстреливать данные цели [Устав полевой службы. СПб.: Военная типография, 1912. С. 186 - 187].

Во время пехотной атаки артиллерия сосредотачивает огонь на атакуемых целях или на резервах. Показательно, что еще до войны в России появились уставные нормы, посвященные артиллерии непосредственной поддержки пехоты. В соответствии с ними такие батареи должны выдвигаться на ближайшие к противнику дистанции – поближе к наступающим войскам. Их главная задача - поддержать атаку, помочь своей пехоте утвердиться на захваченном участке вражеской позиции, помочь в преследовании опрокинутого противника, а если затем пехоте придется отойти - прикрыть огнем отступление [Там же. С. 187].

Давая характеристику боевым задачам артиллерии, уставные нормы отмечали, что основное содействие артиллеристов пехоте заключается в противодействии подходу противника, обстреле мертвых пространств и малодоступных участков, огневой поддержке наступающей и отступающей пехоты. Во время вынужденного отхода пехоты с занимаемых позиций артиллерии ставилась задача остановить развитие противником своего успеха – чтобы позволить своей пехоте привести себя в порядок и возобновить бой. Причем артиллерия, даже расстрелявшая свои снаряды, не должна покидать позиций [Там же. С. 187-188].

Предписывалось поддерживать самую тесную связь между артиллерией и пехотой. Легкая полевая артиллерия включается в боевые участки (предпочтительно - дивизионами) пехоты: ведь если артиллерия с самого начала боя будет массированно введена в дело (чтобы достигнуть огневого перевеса над противником) это позволит добиться решительного воздействия на исход сражения. Часть орудий остается в общем резерве. В некоторых случаях допускалось не распределять орудия по боевым участкам, а сосредотачивать на отдельных позициях – на т. н. артиллерийских участках.

Конная артиллерия должна занимать позиции преимущественно вне фланга атакующей конницы и возможно дальше впереди такого фланга. Если ушедшая вперед кавалерия закроет цель, конная артиллерия должна переключиться на резервы противника либо, сменив позицию, продолжить огонь по боевым порядкам противника, а в случае неудачи - прикрыть отступление своей конницы.

Мортирные дивизионы и тяжелая полевая артиллерия, входящие в состав армейского корпуса, также могли вводиться в состав боевых участков частей и соединений либо оставались в распоряжении корпусного командования. Главное требование при применении тяжелой артиллерии – массирование ее огня.

2..jpg

Ураганный огонь артиллерии

Уже в довоенных наставлениях указывалось, что в зависимости от обстановки, управление огнем всей артиллерии или артиллерии нескольких боевых участков может быть сосредоточено в руках «старшего артиллерийского начальника». Речь шла о введении института инспектора артиллерии, сосредотачивающего в своих руках руководство всеми артиллерийскими частями на соответствующей позиции. К осмыслению данной ситуации союзники и противники России пришли позже.

Для лучшего поражения целей артиллерийскую группировку рекомендовалось размещать таким образом, чтобы иметь возможность обстреливать противника фланговым огнем.

Уже с самого начала войны, в отличие от своих противников, русские артиллеристы могли вести огонь с любых позиций – закрытых, полузакрытых и открытых. Так, первые же бои 1914 года в Восточной Пруссии и Галиции проиллюстрировали умение русской артиллерии вести огонь с закрытых позиций. Дуэли батарей, действовавших с открытых позиций, заканчивались также в основном в пользу русских артиллеристов.

3..jpg

Мортирная батарея в бою

Очевидец, характеризуя наступление русской 42-й пехотной дивизии, отмечал как очень быстро сосредоточенным огнем русские батареи заставили замолкнуть часть батарей противника. А в дальнейшем австрийские пленные офицеры говорили о том, как они были потрясены точностью ведения огня русской батареей по их батареям, которые находились на закрытых позициях [Головин Н. Н. Из истории кампании 1914 г. на Русском фронте. Галицийская битва. Первый период. Париж, 1930. С. 313]. И такие характеристики, сообщавшие о превосходстве русских артиллеристов над противником, не исключение – ими наполнены воспоминания не только русских, но и германских и австрийских фронтовиков.

Все же основной целью артиллеристов в 1914 г. была вражеская пехота. Участник боя, описывая увиденную им картину работы русской артиллерии, отмечал, что все видимые раны у австрийцев - исключительно от артогня. Стояли зарядные ящики с выбитыми запряжками, лежала целая цепь скошенной пехоты - и ее многие принимали за живую [Там же. С. 340].

Во время Галицийской битвы русские артиллеристы, в отличие от австрийских коллег, деятельно помогали пехоте. И действия артиллерии часто являлись важнейшим фактором этой стратегической победы. Например, когда 13 августа на участке 47-й пехотной дивизии началась серия мощных атак противника, русские сорвали вражеское наступление – врагу был нанесен урон, замедлен наступательный темп. В итоге русская пехота при поддержке артиллерии вышла победителем, навалив «целые стога австрийцев» [Там же. С. 238].

Фронтовик, вспоминая о боях в Восточной Пруссии, отмечал, как в ходе ваплицкого боя русские батареи открыли огонь по наступающей германской пехоте. Группы немецких стрелков, то ложившихся, то поднимавшихся с земли, тонули между облачков шрапнельных разрывов. После того как рассеялись клубы дыма, остались только тела погибших и копошившихся раненых – только последних на глаз было до 400 человек [Желондковский В. Е. Воспоминания полковника Желондковского об участии в действиях XV корпуса во время операции армии ген. Самсонова // Военный Сборник. Белград. 1926. Кн. 7. С. 294].

Даже имевшегося сравнительно небольшого количества артиллерии, которое имела русская армия в 1914 г., было достаточно для того, чтобы одержать победы во многих знаковых сражениях. Например, объем огневых средств русских войск в сражении на Гнилой Липе, не превышал 2000 винтовок, 12-16 пулеметов и 10-15 орудий на километр фронта. Этого оказывалось достаточно для создания огневого превосходства над противником. Разрыв 76-мм снаряда накрывал 15-метровую площадь – а т. к. русская 3-дюймовка давала 6 выстрелов в минуту, то 18 пушек пехотной дивизии были в состоянии истребить все живое на километровой площади. В сфере досягаемости полевых орудий все, что не скрывалось под землю или за складками местности, уничтожалось - даже окопавшиеся пулеметы. Можно вспомнить наиболее известные факты – такие как разгром германской 35-й пехотной дивизии под Гумбиненом (отличилась 27-я артиллерийская бригада), германской 87-й бригады 17-го армейского корпуса у Соденена (отличилась артиллерия 25-й пехотной дивизии) и т. п. Русская армия почувствовала, в свою очередь, на себе всю силу огня тяжелой артиллерии немцев – можно вспомнить например, судьбу русской 24-й пехотной дивизии, расстрелянной артиллерией (30 орудий на километр фронта) германского 1-го армейского корпуса у Сольдау.

5..jpg

Подготовка снаряда перед заряжанием орудия

Действие по открытым целям русской 3-дюймовой шрапнели было ужасным. А одна 8-ми орудийная легкая батарея за несколько минут могла в буквальном смысле слова уничтожить пехотный батальон или кавалерийский полк. Офицер, вспоминая увиденное в мае 1915 г. в бою у сел. Радымно, писал как австро-германская пехота целыми рядами, «как под острием косы», ложилась под огнем русской артиллерии. Последняя же покрывала все видимое пространство сплошным слоем стали – уничтожала людей, сравнивала с землей окопы, полностью изменяя даже местность. Орудийный рев сливался в жуткий непрерывный гул [Веверн Б. В. 6-я батарея. 1914 - 1917 гг. Повесть о времени великого служения Родине. Т. 2. Париж, 1938. С. 32].

Но полевая пушка была слаба для уничтожения укрепленных целей. В боекомплект полевой 76-мм пушки, кроме шрапнели, входила и фугасная граната. Попавшие под воздействие гранаты люди превращались в решето, пробивалось и большинство построек (в т. ч. каменные). Но граната оказалась слабоватой для разрушения бетонных и земляных укрытий.

Причем и тяжелая 42-линейная (107-мм) пушка, значительно превосходя германские и австрийские аналоги по меткости, настильности траектории, дальнобойности (10 верст шрапнелью и 12 верст гранатой) и поражаемой площади (на средних дистанциях в 4-5 верст - около версты в глубину) также была слаба в действиях против укрытий.

Здесь требовалась гаубичная артиллерия. Гаубица как раз и была предназначена для разрушения земляных и иных укрытий – фугасное действие гаубичного снаряда (бомбы) было более мощным. Гаубичная шрапнель использовалась для уничтожения закрытых целей, занимавших более широкий участок. По дальности ведения огня (более 7 км) русская 122-мм гаубица являлась в своем классе наиболее дальнобойной, уступая по скорострельности лишь французской «однокласснице».

6..jpg

Замаскированные орудия на позиции

Мортирные (гаубичные) батареи следовало использовать для уничтожения закрытых целей, артиллерии и пехоты в окопах; пехоты в населенных пунктах и в лесу, разрушения опорных пунктов.

7..jpg

8..jpg

Мортирные батареи во время боя

Тяжелая полевая артиллерия применялась для разрушения прочных и особо прочных целей (укреплений, казематов и пр.), для поражения с дальнего расстояния сосредоточенных на незначительном пространстве войск противника, а также войсковых колонн.

9..jpg

Тяжелая батарея на позиции

Представлялось целесообразным комбинированное применение легкой и тяжелой артиллерии.

В наступлении артиллерия сосредотачивает огонь как можно большего числа стволов по войскам и опорным пунктам противника на атакуемом участке, по резервам, ведет контрбатарейную борьбу.

В обороне артиллерия, действуя преимущественно с закрытых позиций, сосредотачивает огонь по важнейшим подступам к линии обороны своих войск, особое внимание уделяя укрытиям и мертвому пространству перед оборонительными рубежами.

В самом начале войны своей артиллерии пехотные полки не имели. На дивизию же приходилось 48 полевых 76-мм пушек, а гаубицы - отсутствовали. Легкие полевые гаубицы имелись (в ограниченном количестве - 12 122-мм орудий) только в армейском корпусе. В начале войны тяжелой артиллерии русские дивизии и корпуса не имели.

Несмотря на это, русские артиллеристы сражались эффективно – причем даже ведя контрбатарейную борьбу с превосходящим неприятелем, защищая своих пехотинцев. Офицер-артиллерист вспоминал, как в ходе Варшавско-Ивангородской операции 1914 г. пушечная тяжелая 4-х орудийная батарея германцев вела огонь по русским окопам, и вдруг была внезапно накрыта русской полевой батареей. Немецкая батарея перестала существовать, и русский комбат, побывав на месте ее гибели, взял на память снятую с германской могилы офицерскую каску, содранный с головы вражеского артиллериста осколком скальп и несколько писем и открыток [Веверн Б. В. 6-я батарея. 1914 - 1917 гг. Т. 1. С. 57].

10..jpg

Обед на лафете

А в бою у Баламутовки-Ржавенцев 1915 г. 6-я и 7-я Донские казачьи батареи 26 апреля вступили в состязание с четырьмя австрийскими батареями (в том числе тяжелой) и заставили их замолчать. Артиллерия противника выдала свое расположение ясно обозначавшимися столбами пыли между д. д. Баламутовка и Дезус-Снуч. Причем на тяжелой батарее противника наблюдалось огромное облако пыли и дыма – был взорван зарядный ящик и испорчен прожектор, и батарея во время боя больше не стреляла.

Пока артиллерия противника могла организовывать огневую завесу впереди обороны своей пехоты, атаки русской пехоты были малоуспешны. Соответственно, перед русской артиллерией встала задача не только уничтожать пулеметы противника, но и подавлять огонь вражеских батарей. Так, на заключительном этапе Галицийской битвы находившийся в авангарде русский 27-й пехотный Витебский полк 7-й пехотной дивизии атаковал австрийцев, хорошо укрепившихся за ночь на позициях, прикрывавших подступы к Томашеву. Австрийцы за центром своей оборонительной позиции расположили артиллерийскую батарею, которая своим огнем препятствовала продвижению русской пехоты. Тогда командир русского пехотного полка приказал поддерживающей его мортирной батарее подавить австрийскую артиллерию, что с успехом было выполнено. После этого 27-й пехотный полк выбил австрийцев с занимаемой ими позиции и, неотступно преследуя их, первым ворвался в Томашев, куда вскоре вошли 28-й и 25-й пехотные полки 7-й пехотной дивизии.

Артиллеристы оказывали влияние и на исход целых боевых операций. Так, работа 2-го Финляндского стрелкового артиллерийского дивизиона в бою 27 августа 1914 г., когда наступавшая немецкая дивизия с более сильной артиллерией не только была остановлена метким огнем 3-х русских батарей (2 полевые и одна горная), но и заставила противника поверить в присутствие против него крупных русских сил. Немецкая полевая артиллерия даже не могла открыть огонь в течение целого дня - настолько блестяще тактически и технически действовали батареи дивизиона. Результатом этого были незначительные потери русских стрелков, отход немецкой дивизии от г. Лыка и возможность быстрого отрыва от противника нашей стрелковой бригады и следующих сзади нее остальных частей 22-го армейского корпуса. Этот бой ослабил давление немцев на левый фланг 1-й армии и дал возможность частям 22-го корпуса сосредоточиться для выполнения дальнейших боевых задач.

Отлично действовали русские артиллеристы и в тактически тяжелых условиях. Так, способность даже тяжелой полевой артиллерии к быстрым передвижениям в условиях горной местности была проверена в феврале - марте 1915 г. в Карпатах (Вышков перевал, Волосяны, Лихоборы), когда в долину р. Свики, перевалив по шоссе ночью через Вышков перевал, прошла по ужаснейшим горным дорогам, лишь местами наспех подправленным деревянным настилом, тяжелая батарея 3-й Сибирской стрелковой артиллерийской бригады.

11.jpg

12.jpg

Фронт в Галиции

Недостаток в количестве стволов русские артиллеристы старались возмещать качеством и внедрением тактически прогрессивных методов использования орудий и скорострельностью. Так, батарея капитана Соколова из состава 1-й тяжелой (!) артиллерийской бригады в боях под Ангербургом давала - пушка до 9 выстрелов, а гаубица – до 4 выстрелов в минуту.

В русской армии ранее чем в какой-либо другой армии-участнице Первой мировой дивизионную артиллерию (по 1- 2 батареи) стали подчинять пехотным полкам, что позволило поддерживать наступление каждого батальона огнем 2 – 4-х 76-мм пушек. Улучшилось взаимодействие пехоты с артиллерией. Артиллерия стала проводником пехоты. Артподготовка пехотной атаки стала осуществляться систематически, став важным залогом успешного наступления.

Русские артиллеристы внесли много нового в вопрос методологии использования артиллерии. Были разработаны различные схемы артиллерийского огня (огневой налет, огневая завеса, огневой прорыв), виды артиллерийской подготовки и формы огневого сопровождения пехоты (огневого вала). Для огневого вала артиллерия должна создать линию огня, перемещающуюся перед пехотой короткими скачками, применяясь к скорости ее движения. Пехота должна прижиматься к огневому валу как можно ближе - чтобы неприятельские пулеметы, ускользнувшие от огня артиллерии или уцелевшие в своих убежищах, не могли использовать промежутка между огневым валом и пехотой для возобновления своего огня. Но в условиях малого количества стволов и ограниченного объема боеприпасов следовало использовать имеющиеся средства как можно экономнее. Русская артиллерия распределялась по группам, каждая из которых решала свои задачи. Большое значение имела централизация артиллерии – формирование огневого кулака.

13.jpg

Артиллерийский наблюдательный пункт батареи

Так, в период артиллерийской подготовки в ходе Наступления Юго-Западного фронта 1916 г. артиллерия использовалась централизованно в трех группах: 1) группа по пробитию проходов в проволочных заграждениях, 2) группа по разрушению укреплений и подавлению огневой системы обороны и 3) группа по борьбе с артиллерией противника. Артиллерийская атака делилась на 2 этапа. На первом из них задачей артиллерии было уничтожение проволочных заграждений противника. Затем артиллерия, в т. ч. тяжелая, должна была разрушить укрепления 1-й и 2-й линий обороны противника; главное внимание обращалось на ликвидацию пулеметных гнезд. Причем вместо ранее практиковавшегося 1-2-часового ураганного огня при по-батарейной пристрелке приказывалось вести 15-20-минутный огонь по данным по-орудийной пристрелки. Такой огонь давал гораздо лучшие результаты, чем при ураганном огне. Как только пехота двинулась на штурм вражеских позиций, гаубичная и тяжелая артиллерия должны были переносить огонь на резервы, фланговые укрепления (по отношению к атакуемому участку) и 3-ю линию обороны противника. Тяжелые (прежде всего 107-мм) пушки должны были начать контрбатарейную борьбу - в случае недосягаемости неприятельских орудий для легкой артиллерии. Тяжелую артиллерию размещали не далее 3 - 4 км от вражеских передовых позиций.

Легкая артиллерия должна была стрелять по атакуемым позициям до предельной дистанции. Когда же атакующая пехота ворвется на позиции противника, часть легких орудий создает (с флангов и фронта) огневую завесу – чтобы помочь пехотинцам закрепиться на захваченной позиции и отразить контратаку противника, а другая часть ведет контрбатарейную борьбу. Как только пехота захватит первую и вторую линии вражеских позиций, часть гаубичной и тяжелой артиллерии должна была передвинуться вперед – для того чтобы начать подготовку к захвату более глубоких линий обороны противника.

Фактически впервые в истории артиллерии был разработан метод прикрытия атакующей пехоты подвижным артиллерийским огневым валом.

Кроме того, после завершения артподготовки часть легких батарей переподчинялась командирам пехотных полков и следовала за пехотой, чтобы поддержать ее в глубине вражеской обороны. Это было новое слово в использовании артиллерии при прорыве позиционной обороны противника и обеспечило русской пехоте более высокие темпы наступления, чем в иностранных армиях. Эти батареи должны были находиться не далее 2 км от позиций противника, а артиллерийские наблюдатели должны были присутствовать при командирах передовых пехотных батальонов. Речь шла о поддержке артиллерией своей пехоты при ведении боя в глубине тактической обороны противника. На Французском фронте этот вопрос не был разрешен, и привел к порочному методу «методического прогрызания» небольших по глубине участков обороны противника.

Самым трудным вопросом при подготовке прорыва Юго-Западного фронта в 1916 г. стала проблема массирования артиллерии на ударных участках – из-за количественного недостатка артиллерии. Хотя русскому командованию удалось добиться на ударных участках полуторного превосходства в артиллерии над противником, все же плотность артиллерийского насыщения была исключительно низкой и в среднем не превышала 20 - 23 орудия (в т. ч. 6 тяжелых) на 1 км фронта. В то же время на Французском фронте, где артиллерия перед наступлением должна была полностью разрушить все оборонительные сооружения противника, на узкий участок фронта стягивалось огромное количество артиллерии (до 100 орудий на 1 км фронта). Эта артиллерия в течение многих дней вела артиллерийскую подготовку по намеченному участку прорыва - и таким образом раскрывала его противнику. При подготовке же прорыва Юго-Западного фронта русские артиллеристы разработали свой, более эффективный и экономный метод. Они отказались от сплошного уничтожения оборонительных сооружений противника, что вызывало огромный расход снарядов и требовало длительного времени. Вместо этого точечно поражались объекты, от которых зависела устойчивость обороны противника: огневые точки, наблюдательные пункты, артиллерия и искусственные препятствия. С этой целью и создавались специальные артиллерийские группы, в каждой из которых между батареями распределялись цели.

Новые методы в использовании артиллерии для подготовки прорыва позволили резко сократить длительность артиллерийской подготовки - с нескольких дней до нескольких часов.

14.jpg

Замаскированная батарея

Для организации прорыва глубокой и прочной обороны врага в период позиционной войны потребовались новые технические средства борьбы и новые организационные формы их применения. Вооружение русской артиллерии на дивизионном и корпусном уровне (легкие полевые 76-мм скорострельные пушки, легкие полевые 122-мм гаубицы и 107-мм тяжелые пушки) в этот период уже было недостаточным для подавления огневого сопротивления возросшей по мощности обороны противника. Возникла потребность в резком увеличении количества гаубичной и тяжелой артиллерии и в создании более легких артиллерийских средств борьбы, способных быстро маневрировать на поле боя вместе с боевыми порядками наступающей пехоты.

Именно в этот период траншейная артиллерия получила дальнейшее развитие. Она состояла из минометов, бомбометов и орудий «сопровождения» и ближайшей поддержки пехоты в бою (37-мм, 47-мм и 55-мм пушки). Орудия «сопровождения» отличались сравнительно небольшим весом, и поэтому могли продвигаться с пехотой и поддерживать ее на всех этапах боя. Минометы и бомбометы обладали большой огневой мощью, навесной траекторией и способностью разрушать укрепления противника. Пехотным батальонам начали придавать команды из шести минометов или бомбометов.

Усиленный рост гаубичной артиллерии с навесной траекторией стрельбы был вызван главным образом тем, что в обороне стали применять все более и более прочные сооружения с крепким верхним деревоземляным или бетонным перекрытием, против которого огонь пушечной артиллерии с настильной траекторией был малоэффективен. Не менее важное значение имело увеличение количества и дальнобойности тяжелой артиллерии. Первой осуществила организационное оформление артиллерии прорыва в качестве отдельного соединения русская армия - начав формирование тяжелой артиллерии особого назначения (ТАОН). Корпус ТАОН был создан в 1916 г. и включал в свой состав 6 артбригад, отряд аэростатов и ряд др. частей. К весне следующего года в корпусе имелось 338 орудий - от 120- до 305-мм калибров. ТАОН блестяще проявил себя в Летнем наступлении 1917 г.

Т. о., в вопросе создания артиллерии прорыва, как и по ряду других важнейших вопросов применения артиллерии, Россия занимала ведущее место среди прочих участников Первой мировой войны. Русская артиллерия первая освоила метод стрельбы по исчисленным данным, и уже 16 декабря 1916 г. блестяще его применила - на Северном фронте у г. Двинск. Скрытно выдвинувшись на огневые позиции, тяжелые батареи 19-го армейского корпуса внезапно для противника (т. е. без пристрелки, корректирования и наблюдения) нанесли мощный огневой удар по группе объектов в районе ст. Еловка. Объекты, разбросанные по фронту и в глубину на удалении 11 - 13 км от передовых русских позиций, были полностью разгромлены: оказались сильно повреждены или уничтожены склад боеприпасов, аэродром, электростанция, железнодорожная станция, железнодорожные пути и мост. Отправка противником в тыл после этого удара ряда важных объектов ухудшила для него тактическую обстановку на данном участке.

Новый метод стрельбы имел большое практическое значение. Стрельба по исчисленным данным обеспечивала внезапность действий артиллерии и сберегала ее от вражеского огня. Артиллеристы других стран начали осваивать этот метод только с конца 1917 г.

Русская артиллерия развилась как в качественном, так и в количественном отношении. Появились зенитные орудия, траншейная артиллерия, возросло количество гаубиц и тяжелой артиллерии, дальнобойность основных видов орудий повысилась в среднем на 15 - 30 %. К концу войны, как отмечалось, был создан корпус ТАОН - мощное огневое средство в руках Ставки. Была усовершенствована тактика всех видов артиллерийских средств.

Роль артиллерии в наступательном и оборонительном бою значительно возросла, и это вызвало повышение удельного веса артиллерии в составе вооруженных сил более чем в 1,5 раза.

Автор:

1010

Поделиться:

Вернуться назад